— А как же Элизабет? — внезапно вслух спросила я.
— Не услышал. — сказал он, качая головой. — Не говори вслух.
Телепатический контакт, я должна говорить мысленно… Хорошо, что меня никто не услышал, иначе потом было бы столько вопросов…
«Как же Элизабет? Ты бросил Сару из-за нее. А сейчас что?»
Арктур хмуро сжал губы:
— Она не давала мне того, чего дала ты. Да и не любил я ее никогда, просто решил поразвлекаться.
Я молчала, потупив взгляд. Мне не хватало ещё таких новостей…
«Я просто пыталась спасти свою жизнь, убегая от тебя и все… я не преследовала какой-либо другой цели…» — будто оправдываясь, сказала я, ощутив какую-то непонятную и одновременно неприятную вину за то, что мое сильное желание спастись вызвало в нем смесь различных чувств, одно из которых сейчас сильно ударило по мне.
— Я знаю, Беатрис. — вздохнул Арктур. — Я убил тебя, думая, что эти чувства оставят меня в покое. Но они только усилились, и к ним добавился гнев. Я не выдержал и возродил тебя.
Приподняв мой подбородок, он мрачно вздохнул и устремил взгляд на мои губы.
— Я был бы счастлив, если ты ответила мне взаимно. Надеюсь, Нефрит тебя скоро разочарует.
Не выдержала и хотела нанести ему пощёчину. Но он резко перехватил мою руку и прижал ее к своей груди. Ладонью ощутила стук его сердца. Ненормально стучащего… влюбленного в меня сердца…
— Я бы мог с лёгкостью внушить тебе бросить его и быть моей. — глубже прижимая мою ладонь, начал шептать он. — Чтобы ты предала своих друзей и прижалась ко мне. Чтобы ты сейчас меня поцеловала. Но так скучно. Ты должна это сделать по своей воли.
Отпустив мою руку, он обнял меня за щеки и сказал:
— Я могу лишь внушить тебе забыть об этом разговоре. Ты забудешь о моем признании. Ты запомнишь только то, как отчиталась за день. И все.
Я пыталась заставить себя смотреть в глубокий омут его ярких глаз, в которых смогла увидеть не только свое ошеломленное лицо, но и искру любви, мучавшую его и направленную ко мне. Меня трясло от этой правды, и я действительно хотела забыть это, но одна часть меня противилась желанию приятного забвения.
«Нет, оставь. — попросила я. — Не лишай меня этих воспоминаний»
Его губы дрогнули и растянулись в улыбке. Одной рукой он продолжил обнимать меня за щеку, а пальцами второй коснулся моих губ. Мне хотелось оттолкнуть его, след его прикосновений неприятно плавился на моем лице, но я продолжила стоять, как загипнотизированная. И не ведала, его голос так влиял на меня, или это признание меня настолько глубоко потрясло.
— Тогда ты будешь помнить о каждом моем слове и о каждом моем прикосновении. И не сопротивляйся этому. Теперь мы часть одного целого, милая моя.
Мне стало дурно. Ведь я уже слышала эти слова. Только их говорил не он реальный… но он так все это время думал.
Я моргнуть не успела, как он растворился в воздухе и исчез. Но щеки и губы продолжили пылать огнем.
Устало прислонившись спиной, я сползла по стене и сжала себя за волосы. Я спокойно принимала все… Когда-то была реалисткой, но спокойно приняла, что наш мир — лишь одна крохотная часть огромной мультивселенной. Я спокойно приняла свой дар энтариата. Я спокойно приняла, что моя мама была внеземного происхождения. Я спокойно приняла, что Ричард — в прошлом Ион. Без своей воли я спокойно приняла, что стала шпионкой Гардоса.
Но то, что Арктур влюблен в меня… это тяжело укладывалось в сознании…
Утром я попала в королевскую столовую, и ее интерьер меня, как человека, который когда-то думал стать дизайнером, удивил, а также впечатлил и очаровал мой утонченный вкус. На золотисто-серебристых стенах горели длинные полосы неоновых светильников, переливаясь мягкими футуристическими тонами. Пол, устланный узорчатыми коврами, подсвечивался под каждым шагом. На потолке, создавая искрящийся эффект звездного неба, горела призма из тысячи точек огней. Мягкие высокие кресла, сиденья и столы были соединены друг с другом, усиливая ощущение единой композиции. Вся мебель была украшена точно такими же мерцающими неоновыми полосами. И блюда были аппетитны: огромные из сочного мяса, окруженные густой листвой растительности, посыпанные кунжутом, воздушные сладкие белые и розовые десерты, и нежный мягкий чай в серебристых кубках.
Сегодня мы завтракали в королевской столовой, но главного монарха я опять не увидела. Даже спросить не решилась, где он, ибо ответ упал сам мне на голову — Наташа устало рухнула на свой стул и прислонилась щеками к ладоням.