Арктур подтолкнул меня идти вперед, и я неуверенно сделала шаг. Воронка поглотила меня в нежном сиянии, и я оказалась по ту сторону. Мужчина зашел следом за мной, и портал за нашими спинами рассеялся.
Арктур привел меня в тронный зал. Я с трудом смогла проглотить ком, когда вспомнила, что именно в этом месте меня убили. Все выглядело в тронном зале, как в тот роковой день, ничего особо не изменилось. Темные стены, высотные три трона, где на центральном горделиво восседал Гардос, а с краю сидела Элизабет. Женщина недовольно рассматривала меня, ее алые губы грозно поджались. На лице Гардоса тоже застыло раздражение, он сомкнул пальцы и презрительно сверкнул меня глазами. Я оглядела зал, ведь мы были не одни. Вдоль стен стояло много жутких монстров, возле них была Лилиат и Ирлант. Ирлант смотрел на меня с любопытством, а Лилиат напряжённо сжимала кулаки. Здесь мне мало кто был рад, и я ещё больше начала не понимать, зачем я вообще им всем служу…
— Мой повелитель. — сказав это, я наклонилась и внимательно посмотрела на Гардоса. У него глаза ошеломлённо округлились, и досада на лице сменилась приятным потрясением. Элизабет раздраженно закатила наверх глаза.
— Докладывай, Триса, обо всем. — надменно потребовал Гардос.
Я почувствовала, как Арктур рядом со мной напрягся от волнения. Но я не ощущала страха. И спокойно заговорила:
— Я увидела короля. Он сказал, что завтра Президент Федерации прилетит к нему.
— Вот как? — Гардос был очень удивлен услышанным и приятно улыбнулся.
— Ещё я вместе с его дочерью, Сарой и остальными ребятами отправлюсь на Тенион. Мы там хотим найти книгу про Палладинеянцев.
— Зачем? — улыбка с лица Гардоса исчезла.
— Сара хочет найти способ, как с ними связаться.
Я услышала, как презрительно хихикнула Лилиат.
— У этой глупышки ничего не получится. — махнул рукой Гардос. — Не так просто связаться с теми, кто заперт далеко-далеко отсюда, в ином мироздании.
— В каком мире они заперты? — из сильного любопытства решилась задать я этот вопрос.
Мужчина восторженно усмехнулся:
— Дальше десятого измерения. Твое человеческое сознание не способно его даже представить.
— А мое энтарианское? — недоуменно вырвалось у меня.
Я услышала, как Лилиат раздраженно промычала. Боковым зрением заметила, как яростно покраснело у нее лицо. Лицо, похожее на мое. До сих пор в это не верилось, но я ощущала сильное спокойствие за то, что мы не сестры.
И Гардос мне не родственник…
Лилиат ревновала, я это чувствовала, но молчать, чтобы ей угодить, я не могла.
— Твоя крохотная энтарианская часть так сильно дремлет, что тоже не в силах представить мир одиннадцатого измерения. — широко улыбаясь, усмехнулся Гардос.
— Сколько всего измерений? — продолжила спрашивать я.
Элизабет яростно сжала губы. Ее глаза блестели от ярости, и я уверена, что ее голову затопили мысли прикончить меня. Лилиат по ту сторону грозно сжала кулаки. Но я старалась игнорировать их. Мое сильное любопытство, которое когда-то чуть не прикончило меня, опять пробудилось и начало терзать.
— Бесконечно. — устало растянул Гардос.
— А где живет Бог?
— Я Бог. — откинувшись на спинку кресла, надменно подчеркнул Гардос. — И я живу здесь, на Анталионе.
— А Палладинеянцы не боги?
— Триса, ты задаешь слишком много вопросов. — закатил глаза Гардос, но улыбка на его лице продолжила ярко блестеть. — Я победил Палладинеянцев и занял их место.
— Ясно… — я опустила голову вниз. — можно я пойду домой?
Он молча на меня смотрел, и я продолжила:
— Мне нужно нормально выспаться, чтобы дальше играть свою роль. Иначе Сара что-то заподозрит. И будет лучше, если она все свалит на обычную бессонницу.
— Иди. — спокойно кивнул он. — Проведешь ее, Арктур?
— С удовольствием. — усмехнулся он за моей спиной.
Реакцию Элизабет и Лилиат я намеренно проигнорировала.
— Только… — я задумчиво подняла палец. — Я хочу посмотреть на мир.
— Зачем? — Гардос непонимающе сдвинул брови.
— Мне хочется напоследок увидеть Анталион. Подышать свежим воздухом.
Я не могла понять, зачем говорила это, ведь на самом деле мне не хотелось смотреть на реальный Ад снаружи. Я просто не хотела, чтобы меня провожал Арктур. Не знала, почему, но после вчерашнего и сегодняшнего он меня пугал и одновременно отвращал.