Моя ладонь была такой крохотной, маленькой и беззащитной на фоне его крепкой здоровой руки. Сейчас я почувствовала себя такой нежной и хрупкой, а его — огромной каменной стеной. Моей защитной стеной.
Новый коктейль чувств обуял нас одновременно, и, посмотрев друг на друга, мы вновь слились в новом поцелуе.
А дальше все было затянуто туманом. Он продолжил целовать грубо, властно, а я пыталась не обмякнуть и сминала эти аппетитные губы. Внутренняя, запертая под твердыми оковами, новая жажда страсти вылилась наружу. От него так мужественно пахло, и устоять было невозможно. Эта жажда просто сводила с ума!
По телу бежали холодные мурашки, но большие мужские руки, наполненные сильным желанием, согревали.
— Ты хочешь продолжить? — оторвавшись от моих губ, ухмыльнулся Арктур.
— Да. Я хочу… жить тобой. Слиться вместе… В нечто большем… — промямлила я, чувствуя, как его пальцы гладили линию моего позвоночника. Внезапно у Арктура зрачки расширились, я ощутила, как он напрягся. — Я сейчас не про… не про секс, — быстро я добавила, — Я про ритуал… Помнишь, когда ты меня с часами поймал и через мою сущность энтариата вошел в десятое измерение? Этот ритуал был таким животрепещущим… почти как секс.
— О…
— Только боюсь, что его не получится провести.
— Это почему еще? — игриво усмехнулся мужчина.
— Я начну тебя страстно целовать, — прошептала я и впилась ему в губы.
Голова закружилась от безумного опьяняющего прикосновения его жгучих чувственных губ. Я обмякла от этого хищного жаждущего нажима челюсти и упала в объятия. Он пожирал меня этим поцелуем.
Это потрясающее чувство… но боюсь, что оно меня погубит. К чему приведет эта любовь? Я люблю монстра… Мои бывшие друзья его ненавидят и несправедливо презирают. Мне больно вспоминать, что они о нем говорили, но больнее представлять, чем эта любовь может закончиться. Если с Арктуром что-то случится, я боюсь, что не выдержу…
Резко по голове будто ударило тяжелым предметом, и все происходящее вокруг растворилось в пелене тумана. Я перестала ощущать сладострастные прикосновения Арктура, перестала ощущать собственное тело, лежащее на кровати. Меня стремительно унесло в этот чуждый необъятный шлейф и водоворотом понесло навстречу к чему-то неизвестному.
Я будто упала на твердую землю, не пойми куда и в ужасе оглянулась. Пронзительный холодный ветер стремительным ударом обрушился на меня, и, потеряв равновесие, я упала и больно ушиблась.
Где я?.. Что это за место?.. Куда делся Арктур, и почему я оказалась здесь?
— Теперь ты понял, что нужно делать…
Знакомый голос. Мороз побежал по коже. Я вздрогнула, когда поняла, чей это голос.
— Да, я все понял. — прозвучал незнакомый детский голос.
Я направилась к ним навстречу. Страх от мысли, что мои предположения насчет знакомого голоса сбывались, накрывал ледяным холодом, но я продолжила идти, будто что-то велело мне идти.
Впереди появились две фигуры, одна крошечная и маленькая, принадлежащая ребенку. А другой…
— Ион… — не выдержав, ахнула я.
Он не вздрогнул и не повернул ко мне голову — значит не услышал, и даже на мои шаги не отреагировал, значит не видел. Значит, это чьи-то воспоминания.
«Арктура!» — мелькнуло это осознание подобно вспышке.
Присмотревшись к маленькому ребенку, я узнала в нем Арктура — это он в детстве! Маленький, бледнокожий, волосы белоснежные и неряшливо растрепаны. Из одежды — поношенные штаны и сандалии. А Ион был точно таким же, каким я его последний раз видела в пирамиде Керенобес — властный и жестокий с виду.
У меня замерло сердце от нового вопроса: почему Ион и маленький Арктур разговаривают, будто они не враги? Ведь они же враги.
— Но объясни, почему ты ненавидишь Гардоса? Вы же вроде были лучшими друзьями? — непонимающе замерцали желтые глаза Иона.
«Чего?» — нахмурилась я.
В лазурных глазах Арктура мелькнул ужас.
— Он подставил меня. Украл императорский кубок и оставил в моем доме. Император, узнав об этом, казнил моих родителей… убил мою маму… — мальчик задрожал и громко расплакался. Ион понимающе погладил его по макушке, — а Гардос в этот момент молчал… молчал, что украл он, а не я! Теперь я сирота и хочу его прикончить…
— Я предлагаю тебе другой вариант. Его отец, Эрамгедон, отнял мою власть и силу. Я наберусь сил и уничтожу его, а ты вместе со мной уничтожишь Гардоса. Идет?
— Да. — кивнул мальчик. — идет…
Резко их фигуры растаяли, и передо мной появились уже взрослые фигуры. Уже знакомый Арктур и все тот же Ион, совершенно не изменившийся, будто время его никак не затронуло.