Арнольд упал. Его затрясло. Голова страшно кружилась, пульсировала, кипела жаром. В глазах потемнело, зрение раздвоилось. Милослава подбежала к парню и взяла его за руку.
— Ты как? — робко спросила она.
Арнольд был не в силах ответить. Губы словно приросли друг к другу и затвердевели. Он не смог даже раскрыть рта.
А Сара ослепительно сияла.
— Ждите меня тут. Я разберусь одна.
Милослава робко кивнула, с восторгом смотря на сияющую девушку. Арнольд бросил на нее быстрый взгляд, и вся кипящая внутри боль утихла от сильного стука сердца.
Сара толкнула дверь и решительно направилась к канцлеру. Мужчина ахнул, увидев ее снова.
— Наглая девчонка, ты зачем опять пришла?! Стража!
Стражники окружили Сару. Сила внутри нее бурлила и молилась вылиться наружу.
Сара взмахнула руками, и стражников резко подбросило в воздух и прижало к потолку. Мечи в ножнах со звоном шлепнулись на пол. Стражники начали нервно бить крыльями по потолку.
Канцлер ахнул, испуганно смотря на девушку.
— Я еще раз повторяю, — держа руки прямыми и стражников в воздухе, начала грозно шептать Сара. Ее глаза ярко сияли голубым пламенем. — Я дочь Гардоса Саранта. Мне нужно поговорить с Президентом.
— Что случилось?
Из дверей, которые когда-то сторожила стража, резко вышел сам Президент Эрнаст. Он потрясенным взглядом впился в Сару.
— О нет… — тихо ахнул он, увидев свирепый свет в ее глазах.
— О да… — довольно шепнула Сара.
Держа руки прямыми, она направилась к Президенту.
— Здравствуйте, я Саранта Ширс. — поклонившись, она устремила на мужчину свои сияющие глаза. — Я знаю, что может остановить моего отца Гардоса, я знаю то, что навсегда спасет все эти миры от его гнета и деспотизма.
— И тебе можно верить? — скептически спросил Президент. — Ты не являешься тайной шпионкой?
Сара сквозь зубы прошипела:
— Я не его тайная шпионка. Я спасла планету Клиасс из системы Тринт от блокады Элизабет Флорес-Аданев. Я бросила Гардосу вызов, за что сурово поплатилась. Но мне удалось сбежать из плена, и я заявляю вам это на полном серьезе.
Она опустила руки, но стражники продолжили висеть в воздухе, как мешковатые куклы. От выброса сильной мощной энергии они утратили способность шевелить своим телом и напоминали кружащих статуй.
— Я знаю то, что может остановить Гардоса. — вздохнула Сара. — И я прошу вас отправить меня и моих друзей на Анталион, потому что наша последняя надежда находится там. И я прошу вас сделать это, как можно быстрее, потому что эта последняя надежда находится под страшной угрозой, и ее в любой момент могут убить.
— На Анталион лететь строго запрещено. — отчеканил Эрнаст.
Сара завопила:
— Я еще раз повторяю: там находится то, что может навсегда остановить моего отца!
— Что? — мрачно спросил Эрнаст.
Канцлер ошеломленно наблюдал за разгневанной Сарой, и девушка прошептала:
— Моя подруга Беатрис. Полуэнтариатка. За ней охотились Гардос и Арктур, чтобы взломать Завесу. Она имеет доступ в десятое измерение. Туда, где живут Стражи Хаоса.
Про Анестониан она решила не упоминать. Ее можно возродить, а Беатрис ожила, и ее срочно нужно спасать, пока до нее не добрался гневный мстительный Гардос.
— Так… — Эрнаст задумчиво вздохнул. — Я сейчас закончу свое совещание и зайду к вам в каюту. Там обговорим.
Сара послушно кивнула, и сияние в ее глазах потухло.
— Только советую вам поспешить, Президент. Беатрис в опасности.
Он кивнул и зашел обратно в свою комнату. Сара довольно вышла и зала, и на нее тут же набросились с расспросами Арнольд и Милослава.
— Ну как прошло? — волнение скользило в голосе девушки.
— Президент меня услышал. Сейчас освободится и зайдет к нам в каюту. — довольно сообщила Сара.
— Я знаю. — с улыбкой на лице кивнул Арнольд. — Я подслушивал.
— Даже мне не дал подслушать. — огорченно пробурчала Милослава.
Сара довольно улыбнулась Арнольду. Парень выглядел лучше. Обычно после снятия энергии люди долго отходят. Но глаза у Арнольда сияли счастливо, и блестели, когда он смотрел на нее.
Второй день — я смогла на пару секунд услышать голос Сары. И моя яростная мысль пронзилась Арктуру в голову.
Но моя радость от того, что я смогла что-то внушить Арктуру, долго не длилась. На следующий день мои медитации вновь оказались пустыми попытками. Но Арктур не хотел останавливаться. Он продолжал меня пытать.