Новые яркие голубые глаза.
V
POV Беатрис
Странное яркое бодрствование волнами накрывало мое тело. Я ощущала легкую воздушность. И не могла понять, кто я, и что со мной случилось. Я Беатрис, но я… другая…
Ясность в зрении вернулась. Я видела над собой золотистый потолок, на котором застыли лица таинственных загадочных существ. «Стражи Хаоса» — мелькнула в сознании мысль, озвученная голосом Арктура.
Сам же Арктур был наклонен надо мной и рассматривал меня с беспокойством. За ним на меня холодно смотрел Гардос, его дочь Лилиат, мерзавка Элизабет и еще один темноволосый незнакомец. Он был красив, и смотрел на меня с любопытством.
Но почему они здесь и смотрят на меня так, словно я великий прекрасный артефакт, спрятанный за стеклом в музее?
На плече что-то ярко блеснуло. Я повернула голову и едва сдержала крик.
Мои волосы… они стали… ярко-желтыми!
Я изумлённо оглядела рассыпанные по плечам золотистые волосы. Это же насколько странный вышел ритуал, что он даже волосы мне окрасил? Мне было непривычно видеть вместо привычного рыжевато-каштанового ярко-желтый оттенок. Я выглядела совершенно иначе. Теперь меня точно не спутают с Лилиат.
Сама же Лилиат фыркала, наблюдая за мной.
Я посмотрела на Арктура и задала первое, что взбрело на ум:
— Какого черта?!
Я резко поднялась и отбежала подальше. Сердце страшно колотилось в груди.
— Успокойся. — мягко начал Арктур. — Дай я тебе сейчас все объясню.
— Ты обманул меня! Ты всегда меня обманываешь! — в дикой истерике кричала я. — Ты зачем-то прижал меня к алтарю! Ты начал проводить надо мной какой-то новый ритуал!
— Потому что при возрождении я отдал тебе часть высшей силы, и она пробуждалась в тебе. И я помог ей выйти наружу.
Тело затрясло от этих слов. Но страшно стало мне от другого… Я вспомнила, как прогнала от себя тех охранников на конкурсе… Из моих рук выходила непонятная сила…
Это она пробуждалась… И теперь она в моей власти…
Все тело сжималось от мысли, что внутри меня скрывается нечто мощное и одновременно опасное. И от любого неверного движения я могу либо погубить кого-то, либо погубить себя…
«Теперь ты одна из нас». — вот что он имел в виду, когда бросил в воздух эти слова.
Я одна из них…
Мой взгляд быстро пробежался по ним. По Лилиат, смотрящей на меня ненавистно. По Элизабет, покрасневшей от ярости. По Гардосу, наблюдавшего за мной задумчиво. По незнакомцу, который усмехался надо мной.
И остановился на Арктуре. Мне было непонятно, какая эмоция застыла на его лице. Вроде его глаза счастливо горели, а вроде и брови были раздумчиво сдвинуты.
Я нервно сжала себя за волосы.
— Черт-черт-черт…
— Успокойся. — Арктур близко подошел ко мне. Я хотела в истерике оттолкнуть его от себя, но, когда его ладонь легла мне на плечо, желание резко оставило меня в покое.
— Прошу, не нервничай. — мягко повторил Арктур.
Дрожь резко покинула мое тело. Я спокойно вздохнула. Не знаю, почему, но его слова как-то странно на меня повлияли.
Словно я была под властью его голоса.
— Как чувствуешь себя? — поинтересовался он.
Взгляды остальных неприятно по мне скользили, но я старалась не обращать на них внимания.
— Я чувствую себя так, словно родилась заново. — слабо выдохнула я.
— Но ты все та же полуэнтариатка. — тут же хмуро сообщил Гардос. — Я не уверен, что она способна убить своими руками хоть кого-то.
— Убить?! — громко ахнула я.
— Эта дрянная девчонка вообще совесть потеряла?! — вскипела от злости Элизабет. — Как она смеет таким тоном разговаривать с самим повелителем Гардоса?
В моем горле застрял мерзкий ком от ее противного голоса. А этот ненавистный взгляд обжигал мои нервы сквозь кожу. Меня вновь затрясло, стоять на своих ногах стало невыносимо.
— Замолчи! — злобно рявкнул ей Арктур. Элизабет широко округлила глаза, услышав в свой адрес настолько яростный тон. — Беатрис, подойди ближе.
Мне хотелось покачать головой, отбежать подальше, сбежать из этого безумия и забрать по дороге кости Анестониан. Но ноги не слушались меня… И я послушно подошла.
Арктур внимательно оглядел меня с головы до ног. Темноволосый незнакомец тоже на меня смотрел с любопытством. Гардос продолжал выглядеть хмурым и недовольным.
— Голова не болит? — рассматривал меня Арктур. — Не тошнит?
И внезапно мерзкий комок в горле, возникший из-за истошных криков Элизабет, рассеялся, ничего после себя не оставив… даже послевкусия. Я почувствовала себя свежо и бодро, словно сами лучи света пронзили мое тело и озарили его божественным зарядом энергии. И так на меня повлиял лишь один короткий вопрос, шедший из губ Арктура.