Таинственные звуки раздавались так отчетливо, что Хок остановился, не решаясь двигаться дальше. Позади замерла Дружина Молота, а Изабель с обнаженным мечом придвинулась поближе к мужу. Уже не оставалось сомнений: из темноты надвигается неведомая тварь, даже не пытаясь затаиться во мраке, и тварь такая огромная, что воздух в туннеле пришел в движение — будто легкий ветерок пронесся под сводчатым потолком.
В кромешной тьме вспыхнули красные глаза, не меньше дюжины, горящие, как костры. Хок почувствовал внезапную слабость в ногах. Множество глаз, мягкий шорох, везде сплошная паутина. Нет, только не это! Сверкающие глаза придвинулись ближе, и чудовищный паук вынырнул из чернильного мрака, перебирая восемью мохнатыми ногами. Тварь замерла у самой границы освещенного пространства, уставившись на нежданных пришельцев. Ее огромное тело заполняло весь туннель, спина почти касалась потолка. Отвратительная слизь, покрывающая нижнюю часть брюха, влажно поблескивала в свете факела. Похожие на клещи челюсти медленно смыкались и размыкались, словно в ожидании жертвы. Хок стоял, не шевелясь, малейшее движение — и паук бросится на них.
«Спокойно, — твердил он себе, — ты справишься. Ведь ты видал чудовищ и похуже».
Но от этой мысли легче не становилось. Хок никому никогда не признавался, что смертельно боится пауков. Если ему случалось обнаружить насекомое в квартире, он звал на помощь Изабель. Та, конечно, не позволяла убить беззащитное, хоть и малоприятное создание, и просто выбрасывала паука подальше. Но хитрые твари, словно сводя счеты с Хоком, неизменно возвращались на место. Капитан понял, что мысли его беспорядочно мечутся, и постарался успокоиться. Он должен справиться. Хок оглянулся и почувствовал некоторое облегчение, заметив на лицах всей Дружины такое же растерянное выражение.
— Ну, — тихо сказал Хок, — что делать дальше?
— Надо отсечь твари ноги, — предложил Барбер. — Тогда паук будет беспомощен.
— Хорошая мысль, — согласилась Изабель. — А я постараюсь отрубить ему голову. Похоже, только так можно прикончить чудовище.
— У него нет головы, — хмуро заметил Хок, — глаза посажены прямо на переднюю часть тела.
— Тогда придется отрубить эту часть. Господи, Хок, иногда ты очень туго соображаешь.
— Хватит, — прошипела Винтер, — говорите потише, иначе паук нападет на нас прямо сейчас, когда мы еще не готовы. Не думаю, чтобы эта гадина равнодушно наблюдала, как мы будем ее убивать. А если она двигается так же проворно, как ее маленькие родственники, наша задача становится и вовсе трудной.
— Скорее всего, эта тварь еще и ядовита, — вставил Макреди.
Все посмотрели на парламентера.
— Таким большим паукам не обязательно быть ядовитыми, — неуверенно проговорила Изабель.
— Кто же проверит это на себе? — иронически спросил Макреди.
— Мы теряем время, — заявила Джессика. — Пока мы пререкаемся, террористы уже, наверно, начали убивать заложников. Мы должны пройти мимо гадины, какой бы опасной она ни была. Кто-нибудь отвлечет внимание паука, а Барбер и Фишер попробуют отыскать его слабые места. Хок, по-моему, настало время показать, как вы умеете работать своим топором.
— Хорошо, — кивнул Хок, — только дайте мне побольше места.
Он шагнул вперед, вспенивая воду под коленями. Паук задвигался, шевельнулись членистые ноги, и Хок застыл неподвижно, сжимая рукоять секиры. Огромные челюсти-клещи грозно раздвинулись. Тварь с невероятной для такой туши скоростью бросилась в атаку. Хок отпрыгнул назад и изо всех сил нанес удар, целясь чуть повыше страшных челюстей. Фонтаном брызнула черная кровь, и сила напора чудовища отбросила Хока на три-четыре фута назад. Он слышал, как позади суетится Дружина Молота, но оглядываться не было времени. Хок ударил вновь, паук содрогнулся, и волна этого телодвижения подняла Стража в воздух. Он отчаянно вцепился одной рукой в рукоять топора, а другой уперся в твердый панцирь твари, стараясь держаться подальше от страшных челюстей.
Сбоку Барбер, подобравшись к пауку, рубил мечом ближайшую к нему ногу. Каким-то кошачьим движением чудовище выдернуло ногу из воды и ткнуло Стюарта в грудь. От страшного удара оруженосец отлетел в сторону и плюхнулся в воду. В ту же секунду он вынырнул, кашляя и отплевываясь, но не выпустив из рук меча.