— Один из моих солдат вернулся за лампой, забытой чародеем, и услышал подозрительный шум в дренажном стоке. Будучи осторожным и сообразительным парнем, он все рассказал мне, а я, собрав на всякий случай побольше народа, пошел посмотреть, что его так напугало. А тут, оказывается, гости! Сегодня боги очень добры ко мне! Мэдиган как следует отблагодарит меня за этот маленький подарок.
Теперь бросайте оружие и следуйте за мной, или мы вам немного поможем. Только вряд ли наша помощь вам понравится.
Никто не пошевелился в ответ. Наемник нахмурился и перестал барабанить по нагруднику. Его взгляд остановился на Хоке, покрытом кровью, грязью и мерзкой слизью. На лице террориста появилось недоуменное выражение.
— Черт побери, да кто вы такие?! Неожиданно Хок мрачно ухмыльнулся.
— Мы — Закон. Мы пришли за вами. Странно, правда?
Высоко подняв над головой топор, он бросился вперед. Только тут наемники сообразили, что чересчур тесно столпились на лестнице, и им не хватает места для того, чтобы как следует замахнуться. Террористы бестолково затоптались на ступеньках, отталкивая друг друга, путаясь в складках плащей, торопливо вытаскивая мечи. Их командир первым успел обнажить оружие и сбежал вниз, намереваясь как следует встретить Хока. Широкое лезвие топора ослепительно сверкнуло в воздухе. Тщетно наемник пытался отбить удар мечом. Его клинок разлетелся на куски, и он рухнул с разрубленной грудью. Выдернув топор, Хок как буря налетел на остальных, рассыпая во все стороны смертоносные удары. Изабель и Барбер устремились за ним, через секунду в гущу схватки ворвалась Джессика. Хок пробился сквозь толпу наемников и блокировал дверь, ведущую из подвала, чтобы никто не смог удрать и предупредить Мэдигана. Джессика и Изабель сражались рядом, отражая и нанося удары с ледяным спокойствием и убийственной легкостью. С другой стороны сверкал меч Барбера. Со свистом рассекая воздух, он с невероятной скоростью обрушивался на врага. Наседающие на Стюарта наемники один за другим падали перед ним, заливая лестницу кровью. На лице оруженосца застыло спокойное, почти скучающее выражение.
Вскоре из наемников в живых остались только двое. Ловко уклонившись от отчаянного выпада, Джессика пронзила одного мечом, а второй, отбросив меч, торопливо поднял руки. Дружина Молота, тяжело дыша, собралась вокруг пленника.
— Нам некогда возиться с ним, — заявил Барбер.
— Не можем же мы убить его как собаку, — возразил Хок.
— Почему не можем? — холодно усмехнулся Стюарт, — я сам сделаю это, если ты боишься.
Он шагнул к наемнику, но Хок преградил ему путь. Пленник ошарашенно смотрел на них.
— Барбер прав, — сказала Винтер, — мы не в состоянии взять его с собой, но нельзя и оставить его здесь, иначе он предупредит своих дружков.
— Но он сдался, — ответил Хок, — и сдался мне. А следовательно, находится под моей защитой. Если вы хотите убить его, сначала вам придется убить меня.
— В чем дело, Хок? — презрительно спросил Барбер. — Откуда эта внезапная жалость к убийцам? Ты ведь не жалел приятелей нашего друга, когда крошил их топором одного за другим, не так ли?
— Тогда все было иначе, — покачал головой Хок, — я и Изабель убиваем лишь в крайнем случае, чтоб защитить закон. А по закону пленных убивать нельзя. Он должен предстать перед судом.
— О чем ты говоришь, Хок! — воскликнула Джессика. — Этот мерзавец погубил Бог знает сколько людей. Он готовился прикончить беззащитных заложников, и уверена, совесть не мучила бы его. Без таких, как он, мир стал бы намного лучше. Фишер, да объясните вы ему, наконец!
— А я согласна с Хоком, — заявила Изабель. — Я всегда готова сразиться с любым противником пешим или конным, мечом или секирой, но никогда не подниму руку на безоружного. Какая разница, кто он? Мы должны хоть чем-то отличаться от наших врагов.
— Господи, когда же это закончится? — простонала Винтер. — Стюарт, прикончи негодяя, живо. Хок, Фишер — отойдите и не вмешивайтесь. Я приказываю.
— Подойди-ка сюда, приятель, — Барбер поманил пальцем побледневшего наемника. — Веди себя хорошо, и я сделаю все очень быстро. А хочешь, я дам тебе твой меч?
Он двинулся к пленнику, но на его пути встали Хок и Изабель.
— Отойди, — ровно произнесла Иэабель.
— Мы убиваем только по необходимости, — Хок обращался к Джессике, но не сводил глаз с Барбера. — Иначе дело, которому мы служим, не имело бы смысла.
— Какое мягкосердечие! — насмешливо произнес оруженосец. — Неужели это тот самый капитан Хок, о котором я столько слышал? Никогда не следует встречаться с героями лично. От таких встреч сплошное разочарование. А теперь убирайся с дороги, Хок, иначе пожалеешь.