В конце зала послышались громкие крики, и Олдельд отвел взгляд от правителя Валаса.
Олдельд увидел Кьярно, который, что-то отчаянно выкрикивая, пробивался сквозь толпу к помосту, где сидели правители.
Услышав, что кричит Кьярно, Олдельд с ужасом взглянул на Валаса, и в этот момент раздался предостерегающий крик Гончей Зимы.
— Нет, только кровь уладит наш спор! — крикнул Валас и вонзил кривой кинжал в грудь Олдельда.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Кьярно видел, как Валас Лайту вскочил со своего места и вонзил в грудь Олдельда кривой кинжал. Кьярно закричал, но что он мог сделать? Только смотреть, как из раны хлынула алая кровь и глава клана Эадаойн медленно повалился на пол. Сверкнули Клинки Полуночи, нацеленные в горло Валасу, но в руках предателя оказалось копье с медным наконечником, которое легко отвело удар.
Кьярно сжимал в руке меч, когда зал огласился воплями ярости и гнева, — только сейчас жители Коэт-Мары поняли, что произошло. Морвхен бросилась к отцу; увидев ее, Кьярно закричал во весь голос:
— К оружию! К оружию! Нас предали!
Воины Лайту мгновенно скинули серые плащи и схватились за оружие, но клан Эадаойн оказался вовсе не таким беспомощным, как они ожидали. В воздух взвились стрелы, и воины Валаса Лайту начали падать один за другим. Засверкали мечи и копья, когда воины двух кланов, переворачивая столы и скамьи, бросились друг на друга.
Перепрыгнув через убитого, Кьярно побежал к помосту, где правитель Валас умело отражал удары наседающего на него Кайрбра. Гончая Зимы, как всегда, бился молча и свирепо, однако никакие, даже самые искусные его выпады не могли достичь цели — длинное, украшенное резьбой копье Валаса Лайту легко отбивало любой удар.
Морвхен стояла на коленях возле отца и вместе с подоспевшей Найет пыталась остановить кровь, хлещущую из его раны.
Рыдая, девушка крикнула:
— Кьярно, слева!
Он успел отскочить, и в следующую секунду в воздухе просвистела стрела, выпущенная Сирдой Лайту. Упав на живот, Кьярно несколько раз перекатился по земле и оказался за костром. Теперь между ним и Сирдой пылал огонь.
В воздухе летали тучи стрел; крики боли и ярости заглушали все остальные звуки; слышался лязг оружия, звон клинков. Увидев, что захватить врасплох клан Эадаойн не удалось, воины Лайту быстро перестроились, приготовившись действовать по обстановке. За огнем костра мелькнула чья-то тень, и Кьярно вновь бросился на землю, когда над ним пролетела стрела и вонзилась в столик рядом с его головой; от жара костра оперение из гусиных перьев начало дымиться.
— Не уйдешь, вор! — крикнул Сирда и побежал вокруг костра, выбирая удобное место для последнего, смертельного выстрела.
Кьярно тоже побежал, стараясь держаться так, чтобы его закрывал огонь.
— Я же говорил тебе, что прольется кровь, ворюга! Теперь ты заплатишь мне за жизнь брата!
— Твой брат погиб? — крикнул в ответ Кьярно. — А я тут при чем?
— Ланейр погиб, преследуя тебя!
— Я его не убивал! — крикнул Кьярно. — Клянусь всеми богами, не убивал!
— Это не важно, все равно ты умрешь, — сказал Сирда.
Беготня вокруг костра Кьярно уже надоела. Выход был один — принять бой, лук против меча.
— Твой брат был предателем, да еще и болваном! — крикнул Кьярно. — Совсем как ты, Сирда.
Он услышал хриплый от ярости рев и едва успел отскочить в сторону, когда очередная стрела вонзилась в столик у самых его ног. Увидев, что Сирда прорвался через огонь и быстро готовит следующую стрелу, Кьярно прыгнул за столик и выставил его перед собой; на землю с грохотом посыпались кубки и блюда.
Когда первая посудина попала Сирде прямо в лицо, он зашатался, уронил лук и, схватившись за голову, сел на землю. Мгновенно вылетев из-за укрытия, Кьярно бросился к своему противнику, сжимая в руке меч.
Тот сразу вскочил на ноги, держа в каждой руке по мечу; тряхнув головой, Сирда быстро пришел в себя и приготовился к бою.
Кьярно целился ему в сердце, но сверкнули мечи, Сирда ловко парировал удар и в ту же секунду сам сделал выпад, намереваясь вспороть Кьярно живот. Вовремя успев подставить меч, перебросив его в левую руку, Кьярно отбил удар. Сирда снова пошел в атаку, обрушив на Кьярно град ударов, которые тот едва успевал отбивать.
Яростная схватка продолжалась; противники бились яростно, и все же Кьярно все острее чувствовал, что с Сирдой ему не справиться, — сын Валаса владел мечом лучше, чем он.
Прочитав в глазах Кьярно его мысли, Сирда усмехнулся.