Застывшая Жрица даже не шелохнулась, услышав за своей спиной звон клинков. Она была полностью поглощена своими переживаниями, горем и разочарованием. Служительница культа Великой Мученицы всё-таки разочаровалась в тех, кого клялась оберегать. Она увидела всю их неспособность стать по-настоящему сильными и эффективными, поняла, сколько слабостей у них было, и осознала причины своих поражений.
Тем временем она лишилась уже троих личных охранников, и за неё сейчас усиленно сражался только один. Старый вояка, переживший не одну битву, мастерски орудовал средним щитом и утяжелённым одноручным мечом. Ветеран, бывший даже старше Жрицы, умело блокировал выпады врагов и без раздумий бил в ответ. С эльфов, подвергшихся воздействию голоса в своих головах, на землю капала кровь, но они, не замечая ранений, шли вперёд. Седой мечник попытался увести их подальше от Жрицы, но подставился под удар кинжала из осквернённой стали. Рваная рана, раскрывшаяся на его спине, казалось, пожирала его самого, разрастаясь на глазах, при этом не переставая выталкивать из себя кровь. Вскоре старик осел на землю, пытаясь зажать поглощающую плоть дыру между лопаток. Он с ненавистью смотрел на вставших перед ним эльфов, впереди которых стоял Тинарил.
В висках стучал призыв уже ставшего привычным голоса: «Убей, убей, убей!». Зарычав, шестой стражник схватил старика за длинные волосы и дёрнул. Зубы жертвы громко клацнули, когда голова отлетела назад, оголяя шею. В глазах седого не было страха, и это бесило всех троих, взращивая в них желание причинит этому стойкому воину невыносимые страдания.
— Ты всегда был гнилым человеком, Тинарил. — сквозь зубы прошептал умирающий воин. — Ты никогда бы…
— ЗАТКНИСЬ!
Крик полуэльфа встревожил птиц-падальщиков, прилетевших, чтобы полакомиться тем, что осталось после битвы, и те улетели, громко хлопая неестественно большими крыльями. Сам же Тинарил, рыкнув ещё громче, чем прежде, полоснул сталью по шее старика, а затем пинком опрокинул захлёбывающегося собственной кровью воина на землю, чавкнувшую под ним. Пусть пока полежит, они вернутся за ним позже…
— Этот лес станет вашей могилой! — в унисон повторили гвардейцы и отвернулись от старика. Голос в их головах, раньше говоривший каждому что-то своё, теперь слился в единый призыв, заглушающий для них остальной мир.
«УБИТЬ!»
Глава X. Истинные
Они быстро шли по тропе, протоптанной (скорее, проломленной) некачественным Иссушённым. Астерот не боялся, что их заметят из-за разведчика, до сих пор лежащего в траве. На всякий случай Тёмный решил оставить наблюдателя, чтобы, если что, подглядеть за последствиями бойни.
Им оставалось пройти примерно половину расстояния до неумелого лазутчика, как тот прислал по мысленной связи несколько ярких образов. Было не очень хорошо видно, что именно там происходило, потому что лежал Иссушённый далековато, но…
Сообщив остальным о небольшой остановке и погрузившись ненадолго в сознание эльфа, Астерот усмехнулся. Не такая уж хорошая у Жрицы личная гвардия, если в неё тоже пробралась Скверна. Не без труда он разглядел в руках нападающих чуть изогнутые кинжалы из осквернённой стали, которые и натолкнули его на мысль о принадлежности этих троих к Скверне. Надо сказать, действовали они слаженно, как будто ими управлял один из Кукловодов. Но никого не было рядом, и это Иссушённый тоже понимал. Неужели кто-то из сильных управленцев пришёл добить остатки эльфов руками их же собратьев?
— Ну, что? — опять Лира. «Слишком много вопросов она задаёт,» — раздражённо подумал Астерот, но ответил спокойно:
— В стражу Жрицы проникла Скверна. Половина из оставшихся в живых на её стороне.
— Надо бежать туда и спасать её! — нахмурился Цит. — Она уже долго поддерживает это заклинание, её сил может не хватить на то, чтобы отбиться сразу от троих!
— Беги. — пожал плечами Астерот. — Мы догоним. Что-то мне подсказывает, что этот лучик — не просто столбик света, а нечто большее.
— И побегу! — огрызнулся полуэльф, спустя мгновение сорвавшийся в сторону луча. Астерот, постояв пару секунд, ухмыльнулся:
— Мы же не оставим его одного?
Вытащив из ножен рапиру, он сконцентрировал в ней побольше Материи Тьмы, отчего по лезвию заструился дым. Лира отшатнулась, врезавшись в одного из обступивших их Иссушённых. Убийца, стоящая позади Тёмного, вывалила серый язык и шумно задышала, почувствовав Материю.
Кончик рапиры запорхал, чертя перед Астеротом одному ему понятное плетение. Вверх, вниз, влево, снова вверх… В треугольниках и квадратах получающейся мозаики вспыхивали по одному желанию Тёмного магические символы. Плетение начинало светиться, и через минуту уже пылало чёрным огнём. Разрубив его, он воткнул оружие в землю, и от рапиры по траве поползли волны Материи. Заключив отряд в круг, Материя резко рванула вверх, пряча ступивших в портал.