Раздраженно морщась и не понимая, почему вообще это делаю, коротко постучалась, нажала на специальную кнопку, благодаря чему дверь отъехала в сторону, и вошла в кабинет.
— Надо же – явилась! — тут же прилетел язвительный комментарий. — Я уж было решил, что после неудачной попытки себя зарезать, вы решили утопиться.
Только Всевышний знает, каких сил мне потребовалось, чтобы не отреагировать внешне на эту «словесную» пощечину. Внутри же все закипело от адской смеси гнева, обиды и непонимания.
За что этот гнусный полмадронец обращается так со мной? Что я ему сделала? Да какое он вообще имеет право?!
Капитан Дрэлк, заметно осунувшийся, бросил на Стоуна укоряющий взгляд, после чего кивнул мне:
— Кейтелин, присаживайся.
Медленно пройдя к указанному месту, стараясь не смотреть на Стоуна и его помощника, что преданной собачкой постоянно таскался за полмадронцем, я присела на край стула и вперила в капитана Дрэлка тяжелый взгляд.
— Зачем вы хотели меня видеть? Подписать документы о досрочном уходе можно и позже. Или вам так не терпится поскорее избавиться от меня?
— Кейтелин! — подавился воздухом от возмущения мужчина. — Не смей так говорить!.. Я не... Да как я... Ты... Уф-ф...
Пробормотав что-то нечленораздельное, капитан наконец взял себя в руки:
— Никто не хочет от тебя избавляться, как ты выразилась. Ты и сама прекрасно понимаешь, что это для твоей же безопасности. Но, во-первых, документы действительно мы подпишем позже, и во-вторых – ты здесь совсем по другой причине.
— Я вся внимание! — съязвила, сложив руки на груди.
Единственное, что сейчас занимало мои мысли – отставка и по сути предательство, всё остальное раздражало и казалось абсолютно неважным.
— Итак, — капитан сцепил пальцы рук в замок. — Всем известно, что ты, Кейтелин, первый Страж-женщина. Тем не менее, как таковых привилегий тебе не дано, твои права такие же, как и у мужчин-Стражей. К чему это я? Недавно проводилось масштабное исследование по поводу репродуктивной системы Стражей. И показатели репродукции довольно высокие. Но обследовали только мужчин...
Капитан сделал паузу, кашлянув. Догадка меня совсем не порадовала.
— Только не говорите, что вы обследовали меня без моего разрешения, да ещё и в анабиозе?! — вцепившись изо всех сил в подлокотники, процедила я сквозь зубы, едва сдерживая злость.
— Таков был наказ, — коротко отрезал капитан, отрезвив меня своим фирменным тяжелым взглядом.
Вдохнув и выдохнув, стараясь успокоиться, недовольно спросила, опуская глаза:
— И каковы же результаты?
— Твои показатели репродукции вдвое выше, чем у мужчин.
Мне оставалось только пораженно притихнуть.
— Возможно, здесь играет роль и твое происхождение, то есть раса, — продолжил капитан. — Землян особо не исследовали, так как они находятся в серой зоне, и ты – первая.
Немного помолчав, мужчина осторожно добавил:
— К тому же, ты когда-то мне рассказывала о своих отличиях от женщин рас Союза. Как ты говорила – манстру... Менструация?
— Капитан! — зарычала, чувствуя, как краснеют щеки. — Если вы забыли, я ещё и просила, чтобы не говорили об этом так открыто – это неприлично!
— Кхм, извини, — стушевался капитан, немного пристыженно отводя взгляд.
Стоун же со своим помощником заинтересовано навострили уши и подались чуть вперед.
Ощущая себя до невозможности глупо, прочистила горло и произнесла:
— Забыли о моих расовых особенностях... Что там с обследованием?
— А что с ним? — поднял брови капитан. — Отправили результаты в Научный межрасовый медицинский центр, где проводились общие исследования. Нам прислали в ответ «Спасибо» и на этом всё.
Помолчав, осмысливая сказанное, недоуменно спросила:
— И вы вызвали меня, чтобы сообщить об этом?
— Нет, — вдруг напрягся капитан. — Считай, это только что было предисловие.
Сказать, что мне эта фраза не понравилась – ничего не сказать. Внутри всё напряглось, предчувствуя что-то уж совсем «грандиозное».
Мужчина нервно потер лоб, избегая смотреть на меня, резко поднялся и отчего-то затравленно бросил взгляд на Стоуна, количество эмоций на лице которого как и всегда было – ноль.
— Кейтелин... Как бы это объяснить... Ты... Я... — капитан схватил какие-то бумаги и протянул мне. — Вот, пункт шестнадцать подпункт семь. Читай. В голос, будь добра.
Чуть подрагивающими руками вцепившись в листы, я медленно зачитала:
—...Страж, вступая в брак, обязан получить письменное одобрение своего опекуна, иначе брак будет недействительным... — помолчав, непонимающе вскинула голову: — И что с того?