- Ваша Светлость, давайте посмотрим на кристаллы стихий, — произнёс один из чинов, наблюдая за мной. – Да и такую прекрасную стражницу надо бы наградить.
- Безусловно! Лика Грей отдайте ларец с камнями, — напряжённо сказал Лорд, подходя ближе. Наклонившись ко мне, он шепнул, — и я сохраню твою никчёмную жизнь. Оторвав шкатулку от сердца, я шагнула назад, в тень. Про моё назначение Высший Лорд промолчал, и я гадала, чем закончиться нынешнее представление.
- Ларец очень древний, настоящий, — констатировал советник, носивший бакенбарды на старинный лад. – Здесь виден рисунок, такой же должен быть и в блуждающей комнате стихий. Все четыре – изображены на зачарованном дереве. Оно не горит, не тонет и не ломается. Раньше саркофаг находился в Царстве мёртвых, но безрассудные предки нарушили хрупкий мир. Кристаллы надо вернуть на место! Иначе мы сойдём с ума.
- С чего это вы решили? Я доверяю вам во многих вопросах, но камни принесут благоденствие Континенту. Мир в руинах, а вы считаете, что спасительные артефакты нужны мёртвым? Нет, я категорически не согласен. Живым кристаллы стихий послужат лучше.
- Сожалею, но вы ошибаетесь. – Лицо советника исказилось, глаза вспыхнули пламенным светом и будто громом посыпались странные слова: — изречение уст моих – правда, нечестие – мерзость для правителя. Одумайтесь, Лорд, вы лишаете Континент процветания. Очи затуманены призрачным богатством, но коли смерть при дворе – кому оставите власть и славу? Дети ваши не узрят солнца, если не образумитесь.
- Димистр не в себе! – воскликнул некто из чинов. – Облейте его водой!
Началась суета, говорившего погрузили на носилки, увозя в лечебницу. Медали за отвагу и грамоты нам вручали скомкано, торопливо и желали отделаться побыстрее, как от неприятной компании. За всей неразберихой шкатулка пропала.
Кайл шептался с Габи, поглядывая в мою сторону. Дейв, нацепив медаль, попрощался и уехал к родителям. Риан исчез в неизвестном направлении. Лорд задержал меня у выхода и угрожающе прошипел на ухо:
- Где ларец?
- Откуда мне знать? Я была на виду, карманов у меня нет.
- Покажи рюкзак, немедленно! – рассвирепел Высший, забирая мои вещи. Открыв замок, я выпотрошила содержимое на глазах у Лорда. – Куда же делась шкатулка?!
Хмыкнув на заданный вопрос, я запихнула всё обратно. Только собралась уходить, как Габи обвинила меня в краже:
- Папа, это Лика. Я уверена. Она своровала наши кристаллы! Ведь белобрысый наставник велел отнести камни в Царство мёртвых. Нельзя отпускать предательницу!
- Габриэль, детка, в кого ты такая умница?! Стража, арестуйте виновную. Завтра состоится суд.
- Отец, Лика не могла украсть шкатулку! Ты же проверил её рюкзак! – возмутился Кайл, избегая смотреть мне в глаза. – Она не преступница!
- Сын, до каких пор ты будешь оправдывать безродную девицу? Суд разберётся, не так ли? А если она в сговоре? Без кристаллов наш мир погибнет, времени осталось мало.
Бравые молодцы сопроводили меня в треугольное здание напротив. Тоскуя по Минуцию, я взглянула на ледовый дворец, в последний раз, ругая себя за то, что поддалась эмоциям и не послушала наставника. Я отказывалась верить в происходящее, не понимая, за что Лорд так невзлюбил меня. Почему Габи оклеветала, а Кайл стыдился и не защитил от отцовского гнева.
В ратуше меня поместили в комнату с решётками на двери. Окна также закрывались на железные прутья. Снегопад усиливал тревожное чувство. Забившись в угол, я обняла колени и сложила голову. Поплакав о своей незавидной доле, я не заметила, как погрузилась в сон.
Утром принесли скудный завтрак. Стражник предупредил, что скоро вернётся за мной. Заседание суда назначили на девять утра. Выглянув на улицу, я увидела толпу зевак. На столбах расклеили объявление с моим изображением в центре. Внезапно мелькнула тень, а затем стекло заскрежетало. Кругляшек выпал из окна, вместе с ним лежала свёрнутая таблетка черно-красного цвета.
Записка отсутствовала. Подумав, что Риан позаботился обо мне, я разжевала лекарство и запила горьким настоем. Есть не стала.
Меня вели словно на заклание, я понимала, что ждать лучшей участи нечего. В зале было не протолкнуться, судья вышел напомаженный, в парике и красной мантии, будто король. Страж пихнул меня в центр, нисколько не церемонясь.