- Хм, сочувствую. Может, поэтому ты говорил одно, а действовал по-другому? – уточнила я, боясь оправдать напарника и снова довериться ему.
- Прости, Лика. Не хочу тебя тревожить, я столько раз подвёл любимую, что не смею, и надеется на взаимность, — горько поведал Кайл, не глядя на меня. – Отец предложил сделку: я женюсь на выбранной им девушке, тогда Лике ничего не грозит.
- Кошмар! – воскликнула я, обретая надежду. – Получается, Габи делает не то, что хочет?
- Скорее всего, как и наш лорд, — отметил Дейв улыбаясь. Он думал о Габриэль, в точности, как и я, надеясь, что поведение было продиктовано воздействием извне.
- У меня имеются доказательства, — вмешался Риан. – Когда я служил на границе, познакомился со старым воякой. Дед говаривал так: кристаллы уничтожают добрые чувства, особенно к тем, кого мы больше всего любим.
- Кайл, не обижайся, но твой отец всегда производил впечатление заледеневшей скульптуры, неспособный на сочувствие и эмпатию, — извинилась Мия, высказывая своё мнение. – Габи нужно спасать, бедняжка. От вида наёмников и то страшно, а она там совсем одна.
На ночлег укрылись ближе к горе, выставляя дежурства. Перед сном долго размышляли, как поступить с Лукрецием, ведь нужно было доставить колдуна к Жнецу, а помимо того, освободить Габриэль, разобравшись с боевиками. В их арсенале могло быть разнообразное оружие. Так, ни к чему толком и не пришли, решив обдумать план утром.
Проклятая гора пульсировала, хорошо, что адских гончих здесь не наблюдалось. Я легла ближе к костру, повернулась набок и заснула. Моё дежурство наступало через три часа, поэтому я буквально заставила себя спать. Кайл расположился рядом, ворочаясь без конца. Дейв караулил лагерь, а Минуций отправился на разведку. Мия свернулась калачиком, полностью укрывшись тёплым пледом. Риан похрапывал и говорил во сне на непонятном языке, вперемешку с названиями лекарственных трав.
Ночь и день теперь не отличались, поэтому мы ориентировались на внутренние часы. Повсюду царила тьма, даже облака чернели, наливаясь свинцом. Континент медленно приближался к своей кончине, холодало, снег шёл иногда с дождём. Мы оказались последними стражами ночи, которые рискнули прийти в Гиблые земли. Царство мёртвых ещё никогда не было так близко, казалось, что Жнец дышит мне в затылок, замораживает внутренности, лишая воли. В эти редкие моменты я испытывала страх, который лип ко мне, мешая здравомыслию. С другой стороны, я остро чувствовала надежду, веру на спасение, не говоря уже о любви.
глава 35
Королевская кровь не водица.
Отряд колдуна располагался с западной стороны, одиночные шатры боевики поставили прямо на снежный покров. Лагерь хорошо просматривался с горы, я насчитала около тридцати наёмников. Габи сидела в наручниках возле бородача. Пять человек охраняли территорию, ходя по кругу, и у каждого имелось оружие. Лукреций что-то втолковывал усатому, активно жестикулируя, отчего большая часть отряда смеялась.
Минуций велел Парамону и мне устроить наблюдательный пункт сверху, разделившись, мы вскарабкались по скале и заняли удобную позицию. Дейв зашёл справа, Кайл слева. Риан пробрался незаметно в лагерь, изображая наёмника. Он натянул ушанку, измазал лицо в саже и выглядел старше своего возраста. Теперь аптекарь отлично вписывался в компанию боевиков. Наставник решил взять риск на себя, отыграв заблудшего путника. Мия страховала остальных, находясь дальше всех от лагеря противника.
Я залезла в узкую расщелину, едва держась за ледяные камни. После сложного подъёма руки кровоточили, перчатки разорвались и болтались на пальцах. Внезапно послышался знакомый, леденящий душу вой. Замерев, я прикусила губу, чтобы не вскрикнуть от ужаса. Казалось, проклятая гора вибрирует в такт с адскими гончими.
Тем временем лагерь ожил: наёмники в панике задёргались, бородач потянул Габриэль за волосы, приказывая ей встать, Лукреций ругался вполголоса, Риан, воспользовавшись суматохой, ухватил Габи за наручники, что-то выговаривая бородачу. Тот толкнул девушку в сторону аптекаря, одновременно доставая меч. Кайл выскочил из укрытия, на ходу поджигая юрты, и бросился к сестре. Освободив пленницу, Риан отчаянно сражался с тремя наёмниками, лихо отбивая удары.
Встав на четвереньки, о том, чтобы развернуться в полный рост не было и речи, я попыталась спуститься на помощь к остальным и провалилась в глубокую пещеру. На меня уставились жгучие, алые глаза гончих. Даже в полной темноте их взгляды светились ненавистью. Сглотнув, я подумала, что это конец. Исчадия подземелий зарычали, двинулись на меня, окружая и лишая возможности выбраться наружу.