Становилось жарче, горячий воздух обжигал кожу, лёд таял и стекал по каменным глыбам, напитывая землю. От этого идти приходилось медленно, туман клубился под ногами, заполняя пространство многочисленных пещер и коридоров. Буквально спустившись на самую глубину, Минуций уткнулся в развилку. Дорожка разделилась на тропы, ведущие неизвестно куда.
- Лучше бросьте меня здесь, иначе одному из вас придётся дать выкуп, — усмехнулся колдун, слабея на глазах. – Проклятая гора выпивает силу, зря, ох зря, сунулся за кристаллами. Надо было доживать в спокойствии.
- Хм. Вы можете спать после ужасных дел? – негодовала я, — мы лично вас передадим, уж не сомневайтесь!
- Какой ещё выкуп? – спросил Кайл, пожимая плечами.
- Тихо! – шикнул наставник оглядываясь. – Нечего с отступником говорить. Всё равно доброго слова не скажет.
- Зря, ох зря, не слушаете, ну да ладно. Скоро сами убедитесь. – Колдун цокнул языком напоследок и замолк.
Наставник махнул рукой, подхватил Лукреция, и мы двинулись прямо. Чем дальше я шагала, тем больше чувствовала неясную тревогу. Душный воздух не давал возможности дышать полной грудью, отчего кружилась голова, перед глазами мерцали капли воды. Горная тропа сужалась, пришлось идти гуськом. Влажные стены шипели от пробегающих огненных дорожек, казалось, твёрдые породы стекают лужицей к ногам. В ботинках противно чавкала вода, волосы прилипли к лицу, а форма насквозь пропиталась потом.
Неожиданно раздались громкие хлопки, впереди засверкали голубые молнии. Кайл резко затормозил, бросая одиночные фаерболы в сторону колдуна. Я увидела яркие вспышки пламенеющих рук Лукреция, он сражался против Минуция, передвигаясь с нечеловеческой скоростью. Наставник отбивал удары, но приблизиться к пленнику не мог.
Нащупав оружие, я приготовилась к атаке, узкий коридор не способствовал драке и удобному положению. Колдун перепрыгнул через наставника, устремляясь на выход, но Кайл перегородил ему дорогу. Схватившись за острый меч лорда, Лукреций, не чувствуя боли от пореза, провернул клинок, ломая фамильное орудие семьи Ерхан. Оскалив зубы, колдун мерзко зашипел и толкнул Кайла с неимоверной силой. В это же время Минуций забросил сияющий жезл через туловище противника, обездвижив того на мгновение. Я призывала стихии, но тщетно.
Жнец стоял, как и в прошлый раз закрытый плащом, не было видно ни рук, ни ног, если они, конечно, у него имелись. Чёрный капюшон скрывал лицо, лишь чудовищная, давящая энергетика исходила от приспешника смерти. Раздался громоподобный смех, удовлетворённый видом поверженного колдуна, Жнец хохотал как безумец.
Я думала, что Лукреций доставит нам кучу проблем, но заложник собственных желаний даже не сдвинулся с места, словно был парализован мощной фигурой Жнеца. Минуций подтолкнул пленника, легонько стукнув по спине, тот не шелохнулся, продолжая, стоять неподвижно.
- Вы сдержали уговор, — рыкнул Жнец, приближаясь к Лукрецию. – Это моя душа, которая слишком много задолжала. Путь к вратам открыт. Кристаллы стихий должны возложить стражи ночи, имеющие каждый свой дар. Запишите в скрижалях Квентаса об этом, чтобы никто не повторил ошибок ваших предков. То, что принадлежит Царству мёртвых, не должно служить живым. Последствия очевидны.
Окончив назидательную речь, Жнец полностью сосредоточился на колдуне. Сначала показались костлявые руки, а затем из недр огромного плаща Жнец выудил сверкающий жезл. Очертив горящий круг, приспешник Цербера раскрыл алую воронку и дунул изо всех сил в сторону побледневшего Лукреция. На миг время остановилось, заморозив предметы вокруг. Колдун дрожал от страха, падая на колени и моля о прощении, но Жнец был неумолим. Подхватив добычу, он растворился в пылающем круге, после чего темнота подземелья поймала нас врасплох.
глава 37
За други своя.
Кайл подкинул фаербол, и мы оглянулись в поисках наставника. Оказалось, что Минуций заметил побледневшую Габриэль возле блестящего валуна. Дейв поддерживал её за локоть, Риан стоял с другой стороны. Парамон смотрел во все глаза на место исчезнувшего колдуна. Мия выглядывала из-за его спины, напрягая зрение.
- Быстро вы, — подметил наставник, затем обернулся ко мне и спросил, — кристаллы готовы?