Из микроавтобуса, на большой скорости подлетевшего к подъезду, начали выходить одетые в шлем-маски и бронежилеты люди. Вид их был очень серьезный, даже архисерьезый, на спинах виднелись желтые буквы «СОБР». Некоторые несли металлические щиты, двое какое-то оборудование, и все были вооружены до зубов.
– По нашу душу, – сообразил Семин. – Ох, сейчас что-то будет! Уходим с балкона. Все надо запереть: двери, окна, форточки.
– Да не боись ты, – успокаивал его Каспер Скальп – ему уходить не хотелось. Рыцарь желал посмотреть, что будет дальше. Зачем ряженым в тяжелые доспехи людям веревки, железная болванка с ручками, еще какие-то штуковины, однако Семин был непреклонен: отправил Вей-Расту на кухню и настоял, чтобы Каспер следовал за ней.
Дверь на балкон закрылась, и Стражи не слышали, как из микроавтобуса появился подполковник Моргунов и с тепленькой улыбкой поинтересовался:
– Ну, что без нас никак не можете?
– Да вот, заминочка вышла. Кто знал, что они двери в подъезд закроют непонятно чем, – ответил оперативник Хрипунова.
– Я бы их сам сложил, если бы не двери. Нечистые дела творятся, – жалобно сказал амбал и захрустел красными кулаками. – Вы посмотрите, чем они двери в подъезд заблокировали! Чудеса, прямо как в мультфильме «Джек в стране чудес».
– Сейчас посмотрим, – Добрый Пекарь добродушно кивнул. – Сколько их? Трое?
– Семин этот, коротышка с сумками и баба молодая. Подозрение, что она у них главная, – сообщил щупленький милиционер.
– А может быть, еще кто в квартире скрывается, – добавил его сослуживец, убирая пистолет в кобуру.
– Может быть, но вряд ли. Когда дракон появился, они на балкон только втроем выбегали. И сдается мне, что именно они этого дракона на нас натравили, – поделился своими соображениями амбал. – Только чего-то не срослось у них: растаял Змей Горыныч прямо в воздухе.
– Серега, Сань, не стойте – вскрывайте дверь в подъезд, – распорядился Моргунов. – «Маней» сначала попробуйте.
По его команде два СОБРовца, подхватив за ручки железную болванку, побежали к подъезду. Не останавливаясь, они ударили с размаха «маней» в дверь. Посыпалось стекло. Одна из створок не выдержала первого же соприкосновения с металлом и провалилась в подъезд. Теперь ее держали лишь жесткие побеги магического растения, уничтожением которых тут же занялись Саня и Серега.
– А дракон не совсем исчез, – заметил милиционер в сером костюме. – Как только красное пятно его съело, там же появились какие-то с крылышками, – демонстрируя какие именно, он согнул руки в локтях и помахал ладонями. – Непонятно что появилось.
– Да это просто дракона на куски разорвало, – ответил ему щупленький милиционер. – Я уже стрелять собрался, а он – раз и на кусочки. Мне аж обидно стало, – он ехидненько рассмеялся. – Прокурорского надзора теперь нет – стреляй сколько душе угодно. А не по кому. Жаль.
– Еще настреляешься, раз такое начинается, – мрачно произнес амбал и задрал голову. – А дракона, может, и не разорвало. Может, драконы так размножаются. Делением они размножаются. Почему нет? Не икрой же они потомство выводят, – оправдался он под смех СОБРовцев. – И где-то там летает теперь с десяток маленьких дракончиков – десять потенциальных правонарушителей.
Серега и Саня скоро справились со стеблями, и из образовавшейся бреши мигом появились двое оперативников УЧМ (третий оставался между этажами, ведя наблюдение за входом в квартиру Семина). Удар стихии, вызванной Вей-Растой, до сих пор не отпустил их сполна. Они еще подрагивали от тягостных воспоминаний или от холода, еще не до конца растворившегося в их телах. Пока один из них страстно рассказывал СОБРовцам о «холодной» встрече с преступниками, другой отдирал чешуйки собачьего языка с пистолета и приговаривал:
– Вот же нам попало! Верно сказано – отморозки конченые! Хрен вы их так возьмете. Дверь там такая… Слышишь, Владимир Иванович, – обратился он к Моргунову. – Дверь у них сейфовая. Не дядя Ваня какой-нибудь варил, а крепкая, фирменная. И укрепили они ее чем-то… наподобие как двери в подъезд. Все, наверняка, не без темного волшебства. Вам бы лучше через балкон их или лоджию, – он с надеждой посмотрел на СОБРовцев, стоявших возле УАЗика в полной готовности с фалами, крючьями и карабинами.
– И через лоджию, и через двери войдем, – заверил Добрый Пекарь. – Если надо, то и через стены. Верно, Саня?
– Против волшебных запоров у нас есть «маня» и «золотой ключик», Тоже волшебный, – ответил старший лейтенант Мартынов, похлопывая по карману с упаковкой пластида. – Взломаем дверь. И стену пробьем – для этого у нас головы есть.
– Так, Юра, Гриша, давайте через первый подъезд на крышу, – распорядился подполковник СОБРовцев. – Сергей, внизу остальные за мной.
Тяжелой и уверенной походкой он двинулся к ступенькам.
– Владимир Иванович, их живыми Хрипунов заказывал, – напомнил милиционер в сером костюме.
– Живыми возьмем, но с переломами, – пообещал Пекарь добрейшим баском и протиснулся в подъезд сквозь сплетение волшебных стеблей.
Пока четверо СОБРовцев во главе с подполковником Моргуновым восходило к четвертому этажу, скрипя амуницией и поднимая нелегкую «маню», двое других сотрудников уже развернулись на крыше, закрепили фалы, пристегнули карабины. Они только ждали команды Пекаря, по которой им предстояло спуститься к четвертому этажу с другой стороны здания, выбить стекла на лоджии и одновременно с основной группой захвата проникнуть в квартиру. В подобных операциях действия каждого были расписаны по секундам и разыграны как по нотам. Наверное, и в этот раз отделение Владимир а Ивановича сыграло бы виртуозную фугу, только возникли некоторые непредвиденные обстоятельства, из-за которых фуга грозила превратиться в фигу.
Когда СОБРовец Гриша, имевший позывной «Горилла один», подошел к краю крыши и доложил по радиосвязи: «Гориллы на точке!», на глаза ему попалось два миленьких крылатых существа. Летали они от соседнего дома, и в лучах низкого солнца их трудно было разглядеть. Казалось, что в золотистом свете приближаются два ангелочка со стрекозьими крыльями. СОБРовец Юра тоже заметил чудных существ и с благостным восхищением произнес:
– Феи, наверное! Как в сказке!
– Или тот самый продукт деления дракона, – предположил Юрка.
Сжимая мозолистой рукой фал, он с трепетом разглядывал двух девиц: ослепительно красивых с точеными розовыми телами, нагими, лишь прикрытыми кусочками зеленой ткани или листиками между ножек.
– Эфир не сорить, – недовольно произнес Моргунов. Он не представлял, что за феи открылись взору «Горилл» на крыше, но твердо знал, что внимание на объектах, не относящихся к операции, до добра не доведет. И тем более вредно для боеготовности всего подразделения говорить в эфир все, что не относится к самой операции.
– Так, «Гориллы», «Фантик», «Крот» – все! Готовность номер один! – сказал подполковник в гарнитуру связи.
Его слова разнеслись по всем шлем-маскам отделения. Юрка и Гриша замерли на кромке пятиэтажки, натянув фалы и старясь не видеть крылатых соблазнительниц, кружащих с хохотом в каких-то двух метрах. «Фантик» и «Крот» стали возле двери в тридцать четвертую квартиру, сняв с предохранителей «Кедры». Двое других отошли с «маней» к дальней стене. И даже Анна Сергеевна, следившая за происходящим в глазок, вся вытянулась в струнку, словно по команде «смирно». Похоже, она в этот момент молилась. Страстно молилась, чтобы ее отвратительному соседу досталось покрепче, и чтобы сгинул он в милицейских застенках на бесконечный срок.
А сильфы, раздосадованные недостатком внимания, начали откровенней заигрывать с СОБРовцами на крыше. Одна подлетела совсем близко к Гришке и начала уговаривать тоненьким бархатным голосом:
– Личико покажи. Мой хороший, ну покажи личико, – взмахнув крылышками, она приблизилась и постучала по шлем-маске.
– Отвали! – глухо отозвался Гриша.
Его недовольный голос раздался в эфире.
– «Горилла один»! Все ли в порядке? – озабочено спросил подполковник Моргунов.
– Все. Мы готовы, – отозвался СОБРовец.