Я решилась и написала анонимно психологу. Пока мы подъезжали к небольшой деревушке, общалась со специалистом, выдавая какие – то спутанные воспоминания, ощущения. Общение давалось тяжело, но подбадривало осознание того, что меня не знают, не видят. Это помогало.
Остановились около одного из домиков, с покосившейся крышей, что выглядывала из – за забора с облупленной зеленой краской. Марк вышел, постучал в ворота. До меня доносилось кудахтанье, гавканье, иногда – блеянье. Воздух – чистый, кристалльный. Думаю, так пахнет свобода. Залюбовалась на голубое небо, с вкраплениями белоснежных облаков. Марк тихо переговаривался с хозяйкой, маленькой старушкой с добрым лицом, испещренным глубокими морщинами. Он отсчитал ей наличку, и вскоре мы сидели за столом на веранде, старушка насыпала нам суп, ароматный и невероятно вкусный. От второго я отказалась, Марк недовольно мазнул по мне взглядом, сам же поглощал пищу с невероятной скоростью. Затем мы прошли в летнюю кухню, Марк быстро разложил раскладушки, сказал, чтобы я не выходила из двора, сам же лег спать. Он заснул быстро, а я сидела на раскладушке, накрывшись пледом. Сначала клацала в телефоне, потом – сама не заметила, как начала рассматривать Марка. Русые волосы немного отросли за время нашего путешествия. Лицо – по - мужские красивое, черты лица не грубые, больше – аристократические. Длинные, по – девчачьи, ресницы, черные. Губы – тонкие, но красиво очерченные. Подбородок – острый, спрятан в черной щетине, что в тусклом свете казалась иссиня – черной. Мощная шея, выделяется кадык. Мерно вздымается грудь – она как сталь, знаю не понаслышке. В ней бьется сердце - бесперебойный мотор, равномерно перекачивает кровь по идеальном телу. Он был в футболке, с коротким рукавом, руки – с выделяющимися рельефами мышц. Я видела его полуголым. На животе – тоже все в мышцах. Пресловутый пресс, твердый как гранит. Все тело перетянуто мышцами. Крупный мужчина, чувствуется в нем военная выправка, знание, опыт. Он умело обращается с оружием и не только. Ноги – длинные, с бедрами, которые в обхвате больше моих в пару раз. Натренированное тело, которое постоянно поддерживается в таком ритме. Правда, я никогда не видела, чтобы Марк занимался, в отличие от Богдана. Богдан всегда по утрам отжимался, делал упражнения, заставлял и меня. Марк всегда уходил, куда – без понятия. Наверное, прочесывал местность, искал очередные маршруты. С Богданом мне было бы комфортнее. Но Марк… он не скрывает своего мужского интереса ко мне, чем здорово пугает, хотя ни разу не позволил ничего лишнего. Именно он вытащил меня из дома Миши. Именно он начал меня раздевать. Именно его прикосновения я помню – прожигающие насквозь, болючие и пугающие. Застыла, поняв, что протянула руку к Марку. Моя рука застыла над его плечом. Мне хотелось дотронуться до него. Ощутить его силу, словно она могла бы напитать и меня. Тряхнула головой, мои волосы рассыпались по плечам. Отдернула руку, торопливо заплелась, и скользнула к двери, стараясь двигаться беззвучно. От чего - то сердце бешено колотилось, с силой ударяя о ребра.
Глава 9
Вечером того же дня мы уехали из деревни. Старушка, у которой мы остановились на 8 часов, чтобы Марк поспал, дала нам с собой пирожков, которые я и ела. Домашние, пушистые, с золотистой корочкой. С начинкой из мяса и картофеля. Едва глаза не закрывала от удовольствия. Снова взгляд Марка, когда облизывала пальцы. Хотелось в спинку сиденья вжаться. Голодный взгляд, полный сексуального интереса. Меня окатило жаром с головы до пят. Марк видел, что я стушевалась, но продолжал смотреть то на меня, то на дорогу. Я чувствовала себя как лягушка под микроскопом под пристальными взглядами Марка. Заерзала. Набрала воздуха в легкие побольше.