- Что ты делаешь? – голос мягкий, звучит ласково, но я чувствую в нем опасные ноты; дернулась, будто от удара.
Дыхание рвало легкие. Громкое, жесткое. Не могла повернуться к нему. Застыла. Горячие руки на предплечьях, он разворачивает меня к себе, смотрит в лицо. Прищурился. Плохой знак.
- Почему ты хочешь убежать, малышка? Я не враг тебе, - говорил он, сжимая меня крепче, словно раскрошить хотел сквозь свои пальцы.
- Больно… - прошептала, голос осип от страха, быстро заморгала, пытаясь сдержать слезы; дрожь пробивала все тело.
Хотелось кричать. До хрипоты, до забытья. Богдан говорил как мой муж. Смотрел почти также. Ноги подкосились, я повисла безвольной куклой в его руках. Понимала, что ничего хорошего меня не ждет.
Глава 14
Он придавил меня своим мощным телом к двери, почти придушил. Оглаживал мое лицо, горячие пальцы скользили по коже, обжигая ее, вызывая во мне животный ужас. Я против него - как птичка. Сомнет, переломает и не заметит. Чувствовала его теплое дыхание, что касалось моего лба, шевелило волосы около виска. Становилось тягучим, учащалось. Он возбуждался.
- Красивая моя… Не надо меня боятся. Я не обижу… буду нежным… ты только делай все, как я скажу… Я смогу защитить тебя… маленькая моя… девочка… - хрипловато шептал Богдан, мое сердце сжималось от жути, обливалось кровью, я всхлипнула и завыла, умирая от страха каждый вдох.
- Богдан… - губы настолько дрожали, что я не смогла произнести его имя внятно.
Он дышал мне в лицо, рвано, обжигая. От него пахло морем. Солоноватым.
- Ты такая хрупкая… такая маленькая… мне хочется защитить тебя. Только надо, чтобы ты слушала меня. Доверяла. Не желаю тебе зла, малышка… - шептал как в бреду Богдан, начиная прикасаться ко мне губами – сухими, шершавыми, оставляя на лице легкие царапающие поцелуи.
- Пожалуйста… пожалуйста… - попыталась увернуться, была взята в капкан его рук – хватка жесткая, отличается от его ласкового тона, густого баритона, что окутывал.
Я словно увязала в паутине, что казалась с виду безобидной, прозрачной, с красивыми узорами, но не давала двигаться, облипала до удушья. Завыла как раненый зверь, что чувствует свою кончину. Богдан склонил голову к шее, сделал глубокий вдох. Застыл. Я тихо скулила.
- Чего ты боишься?.. Я не сделаю больно… не буду бить тебя. Никогда, - проговорил глухо Богдан. – Маленькая… я помогу тебе все пережить… мы убежим … ото всех… - он тяжело отодвинулся от меня. – Я дам тебе время, - потянул меня за собой, подвел к окну.
Все произошло буквально в пару секунд. Неприятное бряцанье металла, стальной наручник на моем запястье. Меня приковали к трубе. Богдан отошел, смотря на меня. Я потянула руку, цепочка, соединяющая два браслета, натянулась. Один обхватывал мое запястье. Второй - был пристегнут к трубе, что шла к чугунным батареям. Я затихла от шока, переводя взгляд со своей руки на Богдана.
- Ты можешь наделать глупостей, маленькая, - проговорил со вздохом Богдан. – Я не могу тебя отпустить, пойми. Ты сама пропадешь… У тебя нет должных навыков, а твой муж не скупился, нанял профессионалов. Они раз за разом находят нас. Я хотел забрать тебя еще тогда, когда вы с Марком пошли за документами, но Марк… понимаешь, он очень опасный. Он… не только убийца. Он хуже. У него есть такие связи, за которые убивают, не разбираясь. С ним опасно. Очень. Он бы погубил тебя, рано или поздно.
- Расскажи мне о своей сестре, - проговорила хрипло я, вытирая слезы со щек, размазывая слои косметики; Богдан протянул мне салфетки, крем.
Смерил меня тяжелым взглядом, опустился рядом со мной. Я всхлипывала, вытирала лицо, избавляясь от макияжа. Как учил меня Марк? «Заговорить зубы». Боже, как же мне хотелось, чтобы он пришел. Чтобы было как в сказке – пришел и спас. Забрал, обучил. Но моя реальность – жестокая, страшная, с элементами насилия, пропитана страхом, сдобрена безумием. Мне нужен телефон. Я должна добраться до телефона Богдана. Старалась изредка смотреть на Богдана. Он сжал губы, долго молчал, а я умирала от страха, механически протирая лицо, отмечая коричневатые разводы на салфетке от тонального крема.