- Милая… Ты изменила имидж… Тебе к лицу. Так ты кажешься более… дерзкой. Скучала за мной? Я вот за тобой – очень… Я тебе столько всего приготовил, жена… Любимая моя, - гадко скалился Миша.
В груди кольнуло. По спине пошли мурашки. Внезапно со всех сторон раздались автоматные очереди: слишком громкие, оглушали, пугали до смерти. Андрюша мгновенно сгруппировался, спрятался за машиной, потянув меня за собой.
- Всем стоять! Оружие на пол! Мордой в пол! Руки за голову! Быстро! Стреляю на поражение! Одно движение – и труп! Мордой вниз. Суки! Стоять! Лежать! Руки за голову! – крики со всех сторон, гомон, стрельба – я накрыла голову руками, кажется, кричала.
Сильная хватка на шее, глухой удар, сдерживаемый стон. Меня хватают, я верещу, хватаюсь за ткань, царапаюсь, пытаюсь укусить.
- Киса, это я, - слышу шепот на ухо, горячее дыхание опаляет кожу; мгновенно обмякаю в руках Марка, всхлипываю, слезы душат, перехватывая горло спазмом.
Марк отпускает меня, прижимает к машине, осматривает. Едва дотрагивается до разбитой губы. Смотрит в глаза.
- Вить, посвети, - говорит глухо он, жмурюсь от яркого снопа света, направленного в мое лицо; слышу, как кто – то тихо присвистнул. – Как ты себя чувствуешь? – Марк трогает мой лоб. – Горишь… Вить, скажи, пусть принесут мою сумку. Где Бодя?
Из – за спины Марка нарисовался Богдан, прижимая руку к ребрам. Шел тяжело, все лицо – разбито, в крови. Вдохнула воздух ртом, меня снова замутило при виде крови. Всхлипнула.
Марк пришел. Пришел. Слезы сами катились по щекам. Облизала пересохшие губы, что кривились в беззвучном плаче. Смотрела на Марка, впитывая каждую черту его лица. Всматриваясь в спокойные серые глаза, что отливали то ли ртутью, то ли металлом…
- Все хорошо, Киса. Он нас больше не достанет, - проговорил Марк, принимая от кого - то черную сумку.
Пока он в ней что – то искал, увидела, что на обочине стоит штук десять внедорожников, некоторые – совсем как в фильмах. Военные. Люди в черной форме, с какой - то непонятной эмблемой на плечах. С оружием. Снуют повсюду. На этом пустыре стало светло, от десятка фар. К одной из машин вели Андрюшу и других мужчин. Их руки были сзади, в наручниках.
- Бодя, что ты ей давал? Ты совсем с катушек съехал? – тихо говорил Марк, Богдан что – то невнятно ответил; вздохнула, ноги едва держали, прикрыла глаза. - Лекарственная аллергия, идиот. Соня, - обратился ко мне мужчина. – Сейчас тебе станет легче. Смотри на меня. Я сделаю тебе пару уколов. Это поможет.
Я слабо кивнула, напряглась, стараясь не оседать. Протянула руку, Марк сам задрал свитер, повязал жгут. Протер впадинку мокрым ватным тампоном, с резким запахом спирта. В носу неприятно защипало. Желудок скрутило спазмом.
- Поработай кулаком. Вить, свети, вен не видно совсем, - вслушивалась в голос Марка, зажмурив глаза; дернулась от иглы, что впилась в вену. – Потерпи, девочка. Еще один.
Почувствовала, как Марк согнул мою руку в локте. Затем перехватил левую, аккуратно намазывая запястье.
- Ты что, бл*ть, нормально обработать не мог рану? – скрипнул зубами Марк. – Забирайте его, пока не … - он вздохнул, окутал меня пледом, подхватил на руки. – Все закончилось, Соня.
Я прижалась к его груди, вдыхая его запах. Жадно. Немного терпковатый, но… такой родной. Чувствовала озноб, что начинал разбирать тело. В голове приятно шумело. Я верила Марку. Рядом с ним я чувствовала себя спокойно, в безопасности. Впервые за последний год. И это было приятное чувство, теплом разливающее по груди. Млела в обжигающих руках, что крепко сжимали меня. Вслушивалась в размеренное дыхание мужчины. Веки налились свинцом, я не могла открыть глаза. И не хотела. Я чувствовала, что засыпаю, погружаюсь в настоящий, нормальный сон. Кажется, Марк гладил меня по голове, зарываясь пальцами в мои волосы.
Глава 16
Проснулась я внезапно, словно вынырнула из воды. Заморгала.
- Не делай резких движений, - услышала голос Марка, осторожно повернула голову – он сидел рядом.
- Марк, - выдохнула беззвучно, улыбаясь; на глаза навернулись слезы – я протянула к нему руку, его жесткие пальцы тут же переплелись с моими, слегка сжимая.