Глава 3
Я кричала. Сорвала голос так, что саднило горло. Миша сидел в кресле напротив, а я, в прекрасном брендовом платье, была перегнута через второе кресло, сверху нависал Андрюша, в его руках – кожаный ремень, что он снял со своих брюк. Мое платье задрано, кружевное белье телепается где –то на щиколотках. Снова удар ремня по ягодицам, я чувствую, как обжигает кожу, кажется, она лопается. Кричу. Пытаюсь встать, но ручища Андрюши удерживает меня, припечатывает в спину, он снова бьет меня ремнем. Мельком вижу искаженное лицо мужа, его руку, что он запустил к себе в брюки, характерные движение под дорогой тканью…
Проснулась, чувствуя ломоту во всем теле. Кажется, я кричала в реальность. Сон липко растворялся, нависал на мне паутиной, не хотел отпускать, протягивая свои щупальца ко мне, обвивая крепко. Удушая. Осмотрелась, вытирая холодный пот со лба. В спальне было просторно и слишком светло. Дерево и камень сплелись в один коктейль – брутальный и непритязательный. Без излишеств. Стиль рустик основывается на идее деревенской жизни, включает в себя использование натуральных материалов. Массивные элементы дизайна аккуратно вписываются в интерьер. Над моим изголовьем – деревянная голова оленя. С пышными раскидистыми рогами, что отшлифованы до блеска. С двух сторон кровати – тумбочки из вишни, простые и функциональные. Потолок – балки в сочетании с камнем нейтральных оттенков. Все просто, немного грубовато, но не отталкивающе. Мне здесь нравится. Насыщенно светом, пропитано воздухом.
Сердце колотилось так сильно, что причиняло боль; постепенно успокаивалось, входя в нужный ритм. Это был сон. Месяца три назад со мной это произошло в реале. Миша и я были приглашены на очередной светский раут. Все было хорошо. А после – мы вернулись в роскошный дом, Миша начал кричать на меня, что я мало улыбалась, была не мила с другими гостями, выглядела отстраненно, опозорила его. Он приказал Андрюше отпороть меня ремнем, а сам мастурбировал, пока его верный пес издевался надо мной, явно получая от этого удовольствие. На моей коже были багровые запекшиеся полосы, я не могла сидеть, казалось, что кожа просто слезла, вывернув наружу мясо. Миша сказал, что я сама виновата, что я недостаточно умна, чтобы понять, как себя нужно вести в высшем обществе. Что я сама спровоцировала его на акт «воспитания»… Я медленно сходила с ума. Я не была ни в чем виновата. А мой муж искал лишь повод, чтобы сделать мне больно, проецировал на меня свои нездоровые фантазии. Андрюша полез пальцами мне между ног, но Миша остановил его. Я думала, что просто умерла. Потом ко мне пришел врач, который с невозмутимым видом осмотрел меня, дал рекомендации. Конечно же, он не заявит в полицию. Ему хорошо заплатили за молчание. Думаю, я не первая такая его пациентка. Тогда я поняла, что это замкнутый круг. Что он будет издеваться надо мной и дальше. Пока в один момент не зайдет слишком далеко, потому что я не смогу дать отпор. Я – его вещь. Слабая, запуганная. Сколько женщин думали о том же, лежа в дорогущем шикарном особняке, изнасилованные, с разбитым в кровь лицом, с ранами на теле?.. Я понимала одно – мне надо попытаться вырваться. Но я так же понимала, что мой муж - не простой человек. У него есть ресурсы. Деньги, возможности. Я решилась на отчаянный шаг – впервые позвонила отцу. Рассказала ему все. Он лишь сказал, что мой муж сталкивается каждый день с колоссальным стрессом, обеспечивая меня всем качественным и нужным, я должна его понять, а не искать в нем изъяны. Изъяны, мать твою.
Главное – здесь нет Миши. Но есть двое очень пугающих мужчин. Которые наняты охранять меня, контролировать мой каждый шаг и докладываться обо всем. У меня даже не было никакой одежды с собой, кроме того, в чем я была одета. Остервенело стягивала с себя брендовое платье. В шкафу нашла простую удобную одежду – футболки, спортивные костюмы, толстовки. Отдельно сложено – белье, носки. Все мне подходит. Мой размер. Похоже, Миша давно желал меня отослать подальше. По коже поползли жуткие мурашки. Может быть, дом напичкан камерами… Миша – психопат. Я убеждалась в этом раз за разом. Нормальный человек, с честью, совестью, принципами не делал бы все то, что он делал со мной. Запугивал, отрезал от мира, применял ко мне своего тупого амбала Андрюшу, который рьяно и с садисткой радостью исполнял его приказы. Щипал больно, до потемнения в глазах, толкал сильно, порол ремнем так, что я сгибалась от боли, едва не теряя сознание… Кто бы мог подумать, что происходит внутри таких элитных домов, как там страдают женщины. И ради чего?.. И какими садистами, психами и чудовищами могут оказаться лощеные, красивые внешне, успешные мужчины, с прекрасными манерами, за закрытыми дверьми… В полночь они превращаются в кровожадных монстров, упивающихся своей властью.