Вот что тебе стоило Света, освоиться в кухне? Твоя тупая лень и гордость, не позволили изучить расположение предметов, и теперь я даже не знаю где они!
Лучше уж тогда открытое пространство, чем замкнутое.
Отбегаю от дома на несколько метров и поворачиваюсь. Оранул стоит на крыльце и треплет одним крылом.
Прямо посередине замечаю осколок. Это я в него попала, да?
Первое мгновение ликую! У меня получилось!
А потом понимаю, что что-то не так…
Оранул покачнувшись, начинает заваливаться на бок.
-Твою мать! – вскрикиваю и зажимаю рот ладошкой.
Огромная туша разваливается на крыльце.
Сердце в груди стучит, как сумасшедшее.
Неожиданно в груди появляется другое чувство. Для меня новое…Оно с каждой секундой вытесняет страх, затапливая собой всю душу.
-Чёрт! – психую, пытаясь заглушить это стрёмное чувство.
Что это вообще такое?
Оранул дёргается в предсмертных судорогах и смотрит на меня так…так душещипательно.
-Да, блин!
Делаю шаг в сторону дома.
Ты что удумала, Света? Пойдешь спасать его, м?
Ну нет, я больная что ли! Да пусть умрет, мне-то что? Я жива останусь за то!
Но ноги, будто своей жизнью живут.
-Ну что ты смотришь на меня? – не доходя до зверя, спрашиваю. – Ждёшь помощи, да? – словно помнимая меня, хлопает огромными глазюками. – А я боюсь тебя!
Где же Стражи?
Мозг, издеваясь, подкидывает воспоминания о разговоре. Рид говорил, что Кэй очень привязан к этому оранулу.
Расстроится, наверное, если это чудовище копыта откинет…
И что-то невидимое и неощутимое не даёт мне спокойно стоять и смотреть, как эта зверюга умирает.
-Да мать твою! – психуя, делаю шаг к нему. – Я иду помогать! – Тычу зачем-то в него пальцем. Смотрит на меня потухшим взглядом. – Только попробуй меня сожрать, понял! Мой папа…
Что мой папа? Папа далеко, даже не в этом мире. Ничем мне не поможет…но привычка кичится папиными регалиями и властью осталась. И я до сих пор сую её даже совершенно не к месту. Оранулу абсолютно по фиг кто мой отец.
-Мой папа тебя на сардельки порежет, понял! И Стражи помогут! – сглатываю колотящееся в горле сердце и делаю последний шаг.
Одновременно с этим оранул приподнимает голову и смотрит мне в глаза…печально и, чтоб мне провалиться сквозь землю, благодарно.
-Ну, хорошо, - бодрюсь от увиденного. – Как бы тебе крыло поднять, чтобы…
Оранул кладёт голову на крыльцо. Витиеватые рога бьются о перила, а раненное крыло медленно, будто через силу, расправляется в воздухе.
-Оу, - смотрю на торчащую железяку. – Значит, ты меня понимаешь?
Дыра отвратительная…
Это я такое сделала? Эм…
Опускаю глаза, тушуясь. Стыд волнами накатывает и заставляет краснеть.
Но нет! Задираю голову и заглядываю за крыло.
-Ты сам виноват, понял?! – говорю животному. – Если бы ты не гнался за мной, я бы не убегала и не кидалась всем что под руку попало.
Глаза оранула закатываются и из горла вырывается уставший вздох.
То же мне актер погорелого театра.
Поднимаюсь по ступенькам, захожу за спину.
Проткнуло так проткнуло…И как теперь вытащить это, непонятно.
По черной коже, около ранения расползается зеленый круг. Интересно, что это такое? Может кровь?
-Так, - встряхиваюсь. – Сначала надо вытащить эту штуку. Потом если ты меня не сожрешь, я обработаю рану, какой-нибудь волшебной мазькой Рида. Она знаешь какие чудеса творит!?
О, да, моё тело в курсе. Рассечение от розог лечит на раз-два.
-Приготовься, - говорю ему. – Сейчас будет больно.
Хорошо обхватив штырь, принимаю устойчивую позу. Тяну что есть силы. И чувствую, как эта штуковина выходит из крыла по сантиметру.
От чавкающих, склизких звуков становится дурно до тошноты, но я не отвлекаюсь, а оранул, на удивление, не рычит и не скулит, молча терпит.
Какой умничка, однако…
С тихим чмоком, штырь оказывается в моих руках. Интересно, откуда на него свалилось это добро? Я такое вроде бы не бросала в него…
Ошарашено смотрю на крыло. Точнее на дырку...Ну надо же, какая огромная…
-Лежи спокойно, - совсем осмелев, заглядываю ему в морду и даю наставления. – Я схожу за мазью и…и подушку заодно захвачу. Будем лечиться!
Страж Кэй
Я чокнусь с этой девушкой!
Замираем, едва выйдя из портала. Смотрим на то, как Светлана гладит оранула между рог.
Первый порыв – выдернуть её и утащить подальше от опасности. Но…