— Похоже, что зря. Думаю, что религии очень похожи и если бы вы поговорили с нашими святыми отцами, то нашли бы некоторое понимание.
Тут уже засмеялись все окружавшие нас кочевники. И жрец, и ряды впереди и сзади. Оказывается, они нас слышали несмотря на довольно быструю езду.
Ладно, сменим тему:
— Я за последнее время часто слышал, что наши люди воровали кочевников для продажи в рабство. Но у нас рабство запрещено, нам рабы не нужны. Куда они их продавали? Я не слышал про такие истории. Моя земля на границе, но я никогда не видел караванов невольников. Откуда брались эти работорговцы, может быть, они вообще не из нашей страны?
Кочевники засмеялись, жрец лишь слегка улыбнулся:
— Не слышал и не мог слышать. Ваша страна вся построена на деньгах. Без денег невозможно ничего. Поэтому ваши люди за деньги готовы на что угодно. Разные разорившиеся из-за пьянства или азартных игр благородные, младшие сыновья без наследства… Они объединяются в шайки, которые угоняют людей на юг, там их грузят на большие корабли и увозят в Сият Снамого. Мы не могли оставить это без наказания.
— Я не понял слов «Сият Снамого».
— Считай, что это название. Все эти пограничные войны — это всё на самом деле за деньги. И с вашей стороны, и с нашей. Поэтому я никогда не участвовал в таких набегах. А сейчас дело пошло совсем плохо. Новый лидер, повелитель Мурсия ни Никитита, это концентрация всего плохого, он убьёт душу всех народов Поля. Да, он разгромил помогавших ему первое время жрецов Чернобога. Но это только потому, что он уже набрал в слуги толпу злодеев похуже, которые преданы только ему. Ему эти жрецы больше не нужны, зато портят вид. А по сути его государство ещё хуже, чем жрецы. Там будет только поклонение ему, как образу силы и жестокости. Тьма и зло. Мы будем просить ваши власти, чтобы они не останавливались на разгроме первой армии, а шли вглубь Поля, до полного уничтожения ни Никититы. Иначе плохо будет всем. Его надо уничтожить!
— Смерть Никитите! — дружно заревели окружающие кочевники. Их вопль повторили другие ряды, потом кто-то запел боевой гимн. Его подхватил весь строй. Наши рыцари, шедшие параллельной колонной, заметно встревожились. Я выехал из строя, чтобы помахать им и дать знак не беспокоиться. Кажется, получилось. Я вернулся в строй. Впрочем, из-за песни разговаривать стало невозможно. Кочевники так и пели до лагеря.
При подъезде к лагерю кочевники вознамерились в него въехать. Я сообразил, что наши могут это принять за вторжение, поэтому помчался в голову колонны, предупредить вождя, чтобы они построились перед границей лагеря и ждали командующего.
Но где посыльный от графа? Почему я вынужден командовать? Наши рыцари встали в четыре коробочки чуть в стороне и никого не выслали. Только Ва и её гадюки проехали в лагерь.
Кочевники и правда построились. Это племя умело строиться. Встали они так, будто готовились к лобовой атаке, ровной прямой линией. Я почуял неладное и спросил у соседей, как зовут вождя. Его звали Мартаксал.
С этим знанием я пришпорил Трача и выехал перед строем, встал посередине, рядом с вождём. Я надеялся, что это несколько смягчит впечатление, будто племя построилось для атаки. Пока ждали, немного поболтали с вождём Мартаксалом о том, как устроились ранее перешедшие на нашу сторону племена.
Через некоторое время появился главнокомандующий с телохранителями и направились к нам. С ними ехал также вождь Артаксал и несколько воинов из его племени. Вождь нового племени поклонился командующему, не сходя с коня, и произнёс приветствие с просьбой принять его племя в число союзников. Только тут я сообразил, что этот вождь не говорит на нашем языке. Я что, ещё и переводчиком буду работать?
В отчаянии я оглянулся на коробочки наших рыцарей. Скучающие воины играли в «ложечки»! Выслать мне переводчиков никто не догадался.
Генерал ага Раголини прочувствовал весь юмор ситуации в полной мере:
— Судя по тому, что я вижу, молодой ага Долиган привёл мне целое племя союзников? А где же граф и его переводчики?
— Видимо, допрашивает какого-нибудь пленного, — соврал я.
Это была полная чушь, никаких пленных тут не было и найти было невозможно.
— Ладно, переводи ты.
Пришлось переводить. На моё счастье, начальники использовали простые слова, и я смог перевести почти всё, а что не смог, то додумал. Судя по тому, что Артаксал кивал головой, я не сильно соврал.
После первых приветствий генерал ага Раголини дал поговорить вождям кочевников. Те перемолвились парой фраз и договорились встретиться попозже. Кажется, они были рады друг другу.