Кочевников разместили вне ограды общего лагеря, чему они были только рады. Им привезли подводы с едой и зерном для лошадей, чему они были рады ещё больше.
Генерал отпустил отряд графа, и все наши ускакали домой. А я остался один, чтобы переводить все вопросы кочевников к нашим возницам и распорядителям! Немного помог только жрец Радо. К счастью, вождь Артаксал сообразил прислать своих воинов, которые немного знали наш язык. Через два часа я наконец-то смог освободиться и добраться до дома и до обеда.
Отец спросил, какого нечистого я вылез вперёд всех и делал вид, будто это я привёл новое племя. Сказал, что граф ага Аркнейн изволил гневаться на меня за это.
Я взбесился:
— А почему граф сам не подъехал и переводчиков с собой не привёз? Все кочевники — переводчики, которых нам Артаксал утром прислал, у него остались. Я там чуть не помер переводить начальству то, что не знал да забыл!
— А чего ты так злишься? Мог бы попросить вождя Артаксала помочь, — тоном «сам дурак» заявил отец.
— Так и сделал. Только наш командующий верить только мне будет.
— Логично. Ладно, иди обедай, мы тебе оставили, — признал отец.
Не успел я проглотить обед, как явился посыльный от командующего с известием, что если я вместе с жрицей отправлюсь в самоволку за ограду лагеря на пир по случаю знакомства двух вождей кочевников, например, для того, чтобы поработать переводчиками для новых друзей, то я не буду сильно наказан, и даже наоборот.
Ну, вот, в лазутчики попал. Пришлось поднимать мослы и отправляться на охоту за жрицей. Ва нашлась на площадке, где они вскрывали очередного умершего от отравления кочевника. Я уже примерно представлял, как надо разговаривать с жрицей, и сказал, что есть возможность сходить в новое племя и посмотреть их больных вблизи. Ва тут же преисполнилось энтузиазма. Что удивительно, её гадюки тоже выразили желание пойти посмотреть. Похоже, азарт лекарей — это заразное. Скоро всем гадюкам придётся своего господина искать…
Некоторые из девушек сказали, что их без братьев за ограду не выпускают. Мы сходили за братьями и таким увеличенным составом отправились к кочевникам.
Вожди уже встретились и уселись в большом шатре для совместного пира. Ва заглянула в шатёр, чтобы спросить, где устроили холерных, и попала в самую гущу заваривающегося супа из интриг. Мартаксал самолично вышел из шатра, чтобы приветствовать жрицу Васты, а также её учениц. Следом за ним вышел и Артаксал, чтобы отозваться о Ва в самых превосходных выражениях. Вождь Мартаксал взял жрицу за обе руки, ласково снял с неё красную повязку со змеями и повёл на почётное место, угощать из своих рук. Остальных гадюк тоже усадили на почётные места. Меня с братьями гадюк очень вежливо и с улыбками задвинули куда подальше.
Гадюки с братьями с удовольствием накинулись на мясное угощение, которого здесь было много. Обычно нас мясом не очень-то балуют.
Ва изрядно удивила всех присутствующих, когда рассказала о причине подробного осмотра при встрече в степи, о том, что армию противника терзает болезнь типа чумы. Народ принялся удивляться и ужасаться. Похоже, эти люди знали, насколько опасна эта зараза.
Я не стал терять времени, нашёл жреца Радо и наконец-то узнал его имя. Его звали Ирма. Ирма Радораб, без всяких номеров. Как это ни удивительно, он обрадовался мне. Я с ходу взял быка за рога:
— Ирма, а ты будешь подговаривать кочевников на бунт против нас, пока мы союзники?
Ирма искренне удивился:
— Зачем? У нас общий враг.
Я перешёл ко второму вопросу:
— Слушай, а насколько крепко ты связан с этим племенем?
— Нисколько. Но я им признателен за то, что они меня слушать, в то время как остальные струсить. Я любить этих людей.
— А как тебе идея, если мы тебя назначим управляющим по делам кочевых племён? Я ещё не говорил с отцом, но необходимость в этом есть. Сейчас городком кочевников от нас формально управляет дядька Иркинор, но он не знает языка и не контачит с людьми. Они в итоге напрямую к моим братьям обращались, а это не очень хорошо. А давай тебя предложим? Ты читать и считать умеешь?
— Мы как раз только и сохраняем эти знания и учим всех людей Поля. Но ты правда готов так рисковать, назначать бывшего врага на такое важное место? — жрец задал этот вопрос на языке кочевников. Я просто почувствовал, как сидевшие вокруг кочевники обоих племён развернули своё внимание на нас. Дальше беседа шла на языке кочевников:
— Так ты больше вроде не враг.
— Не враг, — кивнул Ирма.
— Знаешь, у нас говорят, что самое постоянное — это временное.