— А военная?
— Если положить передо мной карту, то я вижу на ней отряды врага… Как размытые пятна.
— При этом путает север с югом, — ехидно прокомментировал брат.
— Уже не путаю! Кто бы говорил, сам даже скобки открыть не можешь!
— Математика — не для тех, кто работает мечом, — безмятежно отбрил парень.
Девушка продолжила:
— У меня очень слабая способность. Маленький отряд мне может показаться большим пятном, а большой — горошинкой. Я почти бесполезна. Но ещё я хорошо учу языки. Знаю язык кочевников, северной страны и южных царств.
— А как тебя зовут, ангелочек?
Родственники девушки опять захихикали. Даже парень усмехнулся.
— Ангел. Можно Ангела.
Я пожал плечами:
— Если так хочешь, собирай вещи и пошли. Вечером вернёшься.
Девушка убежала. Вернулась она с куклой огромного размера и служанкой самого торжественного вида.
— Ангела пойдёт с правиной, — сказал брат.
— Это кто? Служанка?
— Если бы я хотел сказать про служанку, я бы сказал про служанку. Правина — это та, кто исправляет и направляет. И служанка тоже.
По пути к нашему шатру мне пришла интересная идея:
— Ангела, а те растения, которые ты выращивала… Из их семян вырастали обычные растения или такие же большие, как у тебя?
— А какая разница? — удивилась девушка.
— Если ты сможешь сделать так, чтобы злаки были больше и давали больше урожая… Или чтобы некоторые морозостойкие сорта злаков были устойчивее к холодам в холодные годы… Или чтобы яблоки были слаще… Или чтобы лесная земляника была больше… Да тебе цены не будет!
— Ух ты! Какая интересная идея! И почему я раньше не додумалась? Надо будет попробовать с озимыми! Завтра же начну выращивать колоски! — загорелась малышка.
— Так они же не успеют до сева?
— У меня за три недели поспеют.
— Н-да. Ну, ты сильна.
Отец и все родственники отсутствовали. Похоже, отец опять придумал какую-то костоломную и мышцесводильную тренировку.
На нашем дворике я показал девушке, где кто живёт, познакомил со слугами. Слуги улыбались во всю ширину лиц. Сигура, ожидавшая отправки домой, с интересом осмотрела мою названную супругу. Как только закончилось это представление, началось новое.
В проезде между шатрами появилась повозка, на которой теперь возили отца, и все наши родственники с вассалами. Мы вышли встречать.
— А я теперь могу ногой двигать! — похвалился отец, поднимая исцеленную ногу.
Если честно, то двигал он ею совсем немного, но я послушно восхитился. Отец продолжил:
— А кто это рядом с тобой, сын мой?
— Отец, разреши тебе представить… Ангела ага Дреяни. Эта девушка считает, что пути наших судеб могут дальше идти вместе. Я думаю, что называться нареченным женихом этой красавицы будет честью для меня. Пожалуйста, разрешите нам иногда встречаться и называться нареченными женихом и невестой. А это её правина — служанка Ириен.
— Здравствуйте, сударь батюшка, — поклонилась по всем правилам малышка. Вышколена она была прекрасно.
— Здравствуйте, сударь, — поклонилась следом правина.
— Тебе одной женщины уже мало? — захихикал папочка.
Я показал кивком на Вастарабу и закатил глазки.
Все родственники и знакомые наслаждались спектаклем.
— Она не его любовь, она рабыня — лекарь, — пояснила Ангела.
— Быть женой, даже названной, это большая работа. Тебе придётся ухаживать за своей половинкой, жить его делами. Не служанке, а тебе, — попытался запугать девочку папочка.
— Да, я знаю. Стирать белье и выгребать дерьмо, если муж ранен и без сознания несколько суток. Я готова. Сударь батюшка, а можно вас попросить взять меня как воспитанницу в ваш дом? Тогда мы сможем видеться чаще.
Отец на некоторое время потерял дар речи от такого напора. Я состроил ему улыбочку: знай наших.
— Граф ага Дреяни сказал, что если Полисаний хочет, то может тебя забирать. Он заезжал к нам. В обмен я попросил его взять в воспитанники одного моего пленника. Он согласился. Так что с этого момента ты воспитанница моего дома. Попробуешь хоть в чём-нибудь противоречить — выпорю. Спать будешь с моими дочерьми до свадьбы, если она случится. Если раздумаешь, вернёшься в дом к отцу. Можешь переехать завтра.
Тут уже я потерял дар речи. Так отец знал? Он обменял мою свободу на возможность избавиться от пленника? Хотя здесь речь, скорее, о милосердии. У графа парень сможет вести почти нормальную жизнь, а у нас он так и сгниёт под охраной.