Очередной забег по вечернему Хогвартсу, благо отбой уже был, и наши вдохновенные и раскрасневшиеся лица никто, кроме призраков и портретов, не увидел. Филиус своё удивление скрывать не стал, но разумно предположил, что просто так настолько разношёрстная компания его беспокоить в столь поздний час не будет, и дал нам возможность высказаться. Под чай с конфетами, чем сильно нас расстроил. Но особо возмущаться мы не стали, нездоровый энтузиазм бил с неимоверной силой, и мы вылили все свои измышления на профессора чар. И вот тут я поняла, что маги реально страшные! Флитвик мысль оценил, и мы плавно перешли к конструктивному обсуждению с детальной проработкой аргументов, расчётами и чертежами. Неизвестно откуда появилась очередная бутылка, и под звон бокалов меня назначили секретарём экстренно организованного совещания. Хорошо, что наш уважаемый мастер магических дуэлей превосходно умеет зачаровывать перья, причем нормальные перья, а не те, которые по своему разумению превращают надиктованный текст в низкосортную сатиру или казённую официальность. Не представляю, как бы справилась без этого, мой навык скорописи пером оставляет желать лучшего. Попутно экспериментальным путём ещё раз был доказан постулат, что женщина может делать несколько дел одновременно, иначе как объяснить тот факт, что я играючи управилась с парой перьев, успевая записывать все выкладки и схематически чертить сигилы с вписанными рунами. Правда, на трезвую голову фокус уже не удался.
Утро было сумбурным. На какой-то миг я понадеялась, что очередное похмелье вернёт меня в родные пенаты привычного и до ужаса логичного мира, но нет, чуда не случилось, и утро я встречала вновь в объективной реальности галлюциногенного бреда, данной мне в ощущениях. Хотя в этом безумном и страшном мире есть свои плюсы, и с действительностью меня примирил предусмотрительный Тикки с очередным шедевром творения сумеречного гения, снимающим похмельный синдром.
Следующей нашей жертвой был назначен директор. Дамблдор встретил нас своей фирменной улыбкой, которая слегка подувяла, когда мы хором начали излагать свою задумку, подсовывая выкладки и чертежи с расчётами. По обоюдному молчаливому согласию с Флитвиком, мы подсунули мои вчерашние черновики расчётов, где сам чёрт марсианский ногу сломит без соответствующего допинга, а что, идея авторская, с чего бы нам ею делиться с посторонними. Утро не задалось не только у нас. Что не может не радовать. В принципе, у Альбуса не было оснований, чтобы нам отказать, да и радетельница традиций и обламыватель моих идей, это я о Маккошке, если никто не понял, отсутствовала, мы её благоразумно не позвали.
Так что следующей ночью в Большом зале был ажиотаж. От Авроры Синистры при поддержке профессоров нумерологии, древних рун, чар и меня до кучи был выдан очередной квест уже для старшекурсников. Ребята, вооружившись инструментами, рулонами пергамента и справочниками, высчитывали погрешность иллюзии знаменитого потолка по отношению к звёздному небу. Аврора не отказалась от идеи перенести занятия на этот год с продуваемой всеми ветрами и лишними наблюдателями башни в безопасный уют. Жаль, что задумка не удалась. Мы сами от неё отказались через пару ночей. Погрешность вышла не слишком большая, но существенная. Увидев результаты, мы с Батшедой и Помоной только вздохнули, а декан Слизерина презрительно вскинул бровь, да, для студентов в учебных целях, может, и сойдёт, а вот серьёзные расчёты для ритуалистики, варки специфических зелий и посева семян с учётом изначальной погрешности могут загубить всю работу. Да и Флитвик в конечном итоге наложил вето, накладывать чары над Большим залом, чтоб можно было увидеть небо над низкими тучами, оказалось чрезмерно затратно в плане магической энергии. А что вы хотели, Туманный Альбион не зря носит своё гордое название. Да и погода не подстраивается под расписание занятий магической школы, просто в Астрономическую башню при создании были вплетены соответствующие чары, запитанные от источника школы и обеспечивающие окно в звёздное небо в случае непогоды. А великолепная иллюзия лишь отображает небесный свод без возможности по желанию окинуть взором космическое пространство.
Дамблдор величаво передвигался по школе, сверкая яркими глазами поверх очков, и снисходительно улыбался, как неразумным детям, оглаживая бороду. Мы его потуги немого укора дружно игнорировали. Отрицательный результат - тоже результат, а теперь у нас и старшекурсников, участвующих в проекте, достаточно информации для серьёзной научной статьи по возможности использования иллюзий в качестве замены исходного объекта. Так что баллы свои они получили законно, несмотря на лёгкое недовольство заместителя директора. Кстати, а Дамблдор понял, что своим волевым решением он санкционировал и все остальные квесты, вываленные на детские головы мной и пошедшими по моим стопам профессорами? Прецедент, однако.
Мелкий появился у меня через несколько дней после официального визита в школу своего крёстного. Насупленный, взъерошенный, лохматый и с покосившимися очками, неуклюже поддерживая тяжёлую сумку с наполовину оторванной лямкой. Едва прикрыв за собой люк, он там и уселся на пол, тяжело переводя дыхание и смотря на меня огромными зелёными глазами, в которых плескалась настороженность с какой-то мрачной решимостью и подростковым упрямством.
- Здравствуй, болезный, - с не менее хмурым видом произнесла я, откладывая перо. - Каким ветром тебя занесло?
- Попутным, в поисках политического убежища, - практически прошипел он, а я только хмыкнула, отдав должное его гонору. Но слова-то какие знает! Прогресс.
- Не самое удачное место, я политическим весом не обладаю в принципе, - с интересом смотрю на мальчишку, тот вздыхает и, поднявшись с пола, бредёт ко мне.
- Зато искать никто не будет, - резонно возразил он и, покосившись на чайник в камине, состроил умильную моську. Хм, я его этому не учила.