— Да, Конрад Карлович! — выпалила она, остановившись. — Слушаю вас, Конрад Карлович!
— Кто это? — осведомился карлик, указывая на Надежду крючковатым пальцем.
— Клиентка, — ответила девушка, преданно глядя на начальника.
— Клиентка я! — в один голос с ней проговорила Надежда и вылезла из гроба. — А в чем, собственно, дело? Вы ведь, насколько я понимаю, работаете именно с клиентами!
— Разумеется. Но что вы делали в гробу? — подозрительно осведомился мужчина.
— Примеряла! — уверенно заявила Надежда.
— В каком смысле?
— В самом прямом! Я пришла к вам обсудить похороны своей дорогой свекрови…
— Да, свекрови! — подтвердила девушка.
— …и не нашла в первом зале гроба, соответствующего ее эстетическим предпочтениям. Тогда ваша сотрудница провела меня сюда, чтобы я могла выбрать что-то более интересное. Что-то более необычное, более оригинальное…
— Да, я проводила даму сюда…
— И вот я подобрала подходящий образец и решила его примерить. Свекровь была примерно моего роста и такого же телосложения. Так что если этот гроб подошел мне, то подойдет и моей свекрови… — С этими словами Надежда обернулась и взглянула на ящик, в котором провела несколько не самых приятных минут своей жизни.
Он был вырезан из огромной дубовой колоды и украшен примитивной резьбой, отдаленно напоминающей искусство доисторических людей. В довершение такого впечатления гроб был местами инкрустирован грубо обработанными камнями и костями неизвестных животных. Рядом с ним была табличка: «Последний приют неандертальца».
Да, очень подходяще для покойной свекрови!
— Вот как?.. — голос Конрада Карловича несколько смягчился, но в нем еще звучали нотки недоверия.
— А еще я хотела убедиться, что там достаточно мягко, что ей будет удобно…
— Ну и как, убедились?
— Как вам сказать… Я всю спину отлежала, буквально всю спину! А самое главное, в этом гробу совершенно нечем дышать! Едва не задохнулась!
— Но, как я вижу, вы живы, а ваша свекровь, извиняюсь, скончалась. Так что воздух ей не слишком нужен.
— Это как посмотреть… Сразу видно, что вы совсем не знали мою свекровь! А еще там ничего не слышно! Ни один звук снаружи не проникает!
Последнюю фразу Надежда добавила, чтобы Конрад Карлович убедился, что она не могла подслушать его разговор с психоаналитиком.
Действительно, его лицо несколько разгладилось, и он хмыкнул:
— Что же в этом плохого? Хорошая звукоизоляция — несомненное достоинство наших гробов!
— Опять-таки, вы не знали мою свекровь! Она всегда хотела слышать все, что только можно! Не думаю, что после смерти это как-нибудь изменилось.
— Ну, если так, мы можем установить специально для вашей свекрови наружный микрофон, тогда она услышит любой, самый тихий разговор поблизости от гроба.
— Наверное, это было бы неплохо.
Карлик наконец потерял к Надежде интерес и ушел, а девушка повела ее в холл. По дороге Надежда задумалась, как бы выйти из создавшегося положения с наименьшими потерями, — улизнуть из этого тенистого уголка, не платя денег. А то ведь сейчас начнут договор оформлять на эту колоду, по недоразумению называющуюся гробом, и ведь наверняка заломят непомерную сумму. А где их взять? И главное — зачем платить, если ей некого хоронить?
На ее счастье, в холле ожидала парочка клиентов, поэтому Надежда отлучилась в туалет. Там, глянув в зеркало, пришла в ужас. Платье все в пыли, которой был забит гроб. Причем пыль выглядела такой застарелой, как будто лежала со времен неандертальцев. И шляпка, круглая маленькая шляпка была похожа на блин и сидела набекрень, как-то залихватски, вуаль же свисала сбоку, прикрывая только левое ухо.
Надежда наскоро почистила платье, прикидывая, как будет оправдываться перед Полиной Викторовной, спрятала шляпу в пакет и осторожно высунула голову в коридор. И правильно сделала, поскольку к туалету направлялась та самая брюнетка в малиновом пальто, выдававшая себя за несуществующую жену несчастного Венедиктова.
Ну да, она приехала к его офису в машине от похоронного бюро, значит, тут и ошивается.
Надежда втянула голову обратно, как черепаха в панцирь, и увидела, что в туалете есть стенной шкаф, в который она и юркнула, чтобы не столкнуться с фальшивой брюнеткой.
Та вошла, в кабинке зашумела вода, потом брюнетка громко чертыхнулась, и Надежда злорадно подумала, до чего ей, видно, надоело это малиновое пальто. А что делать? Психоаналитик внушил несчастному только такой образ.
Когда за девицей закрылась дверь, Надежда выждала еще пару минут и только потом вылезла из шкафа, прихватив на всякий случай форму уборщицы, черную робу с логотипом «Тенистого уголка» — павильон с колоннами, а по бокам два кипариса.