— Мадам, не шумите! — пытался урезонить ее сотрудник похоронного бюро. — Это какое-то недоразумение… Оно, безусловно, сейчас же разъяснится…
— Недоразумение? Ты сейчас узнаешь, какое это недоразумение! Ты еще меня не знаешь, но ты меня узнаешь! — И тетка принялась лупить мужика по голове своей сумочкой.
Собственно, это была не миниатюрная дамская сумочка, а большая сумка, еще и чем-то набитая, так что в руках разъяренной фурии такая поклажа превратилась в грозное орудие ближнего боя.
Похоронщик вскрикнул от боли и отступил, прикрывая голову и лицо руками. Ему на помощь пришли двое коллег, доселе наблюдавшие за происходящим со стороны. Они попытались оттащить тетю покойной от своего сослуживца, но та не отступала. К тому же ей на помощь пришла какая-то родственница, очень на нее похожая и такая же боевая, а вместе с ней плечистый и пузатый дядька средних лет, видимо, муж.
Через минуту в траурном зале началось настоящее побоище.
Мария подумала, что пора уходить, если она не хочет получить пару тумаков в этой перебранке, а то и травму посерьезней. Гарика от нее оттеснили, когда кто-то случайно залепил ему по уху.
«Сам справится», — решила Мария, протиснулась меж дерущихся, открыла дверь, выскользнула в коридор и припустила прочь, как можно дальше от поля боя.
Через несколько минут вдруг поняла, что не приближается к выходу из похоронного бюро, а, напротив, углубляется в служебные помещения. Она открыла одну дверь, другую…
Выхода нигде не было.
Толкнувшись в очередную дверь, налетела на какую-то женщину в униформе похоронного бюро.
— Извините, — пробормотала Мария, — я заблудилась… Не подскажете, как отсюда выйти?
Вместо ответа женщина схватила Марию за локоть и втащила ее в какую-то кладовку.
После неожиданного обморока и странного звонка Кирилл Николаевич Венедиктов чувствовал себя не в своей тарелке. Ему казалось, что он что-то забыл, причем что-то очень важное…
И почему он потерял сознание? Прежде с ним никогда такого не случалось!
Он снова и снова перебирал события сегодняшнего дня.
К нему пришла какая-то женщина, сказала, что пишет книгу, для чего ей непременно нужна консультация квалифицированного картографа.
Он согласился и начал рассказывать об истории картографии, о древнейших картах… Она слушала очень внимательно, было видно, что ее интересует его работа. Он увлекся, почувствовал себя лучше, исчезла мучительная головная боль, преследовавшая его в последнее время, появилась какая-то энергия, ему хотелось говорить… много, интересно, и чтобы его слушали, задавали вопросы, спорили наконец… Ему хотелось общаться, отвечать, когда спрашивают, слушать самому — он осознал, что уже долгое время совсем один…
И тут в его кабинет принесли посылку. В этом месте в воспоминаниях был провал.
Он пришел в себя на полу в собственном кабинете, вокруг него хлопотали три сотрудницы — Анна Васильевна, Марианна Викторовна и Ариадна Витальевна.
Писательницы уже не было, она ушла.
А посылка была, и очень странная. Тюбик губной помады в коробочке. Помада розового поросячьего цвета…
Потом был очень странный звонок. Наверное, просто не туда попали. Или обычное телефонное хулиганство. Все же звонок его взволновал.
От безуспешных попыток восстановить пробел в памяти у Венедиктова разболелась голова. Он решил, что нужно выйти на улицу, проветриться. Заодно можно выпить где-нибудь хороший кофе. Это поможет справиться с головной болью, а может быть, и заполнить провал в памяти.
Он оделся, покинул здание, пошел по улице, задумчиво глядя под ноги…
И вдруг рядом с ним затормозила длинная черная машина. Из нее выглянула блондинка в темных очках, показавшаяся Венедиктову удивительно знакомой.
— Кирилл Николаевич! — проговорила она взволнованным голосом. — Садитесь скорее, вы должны немедленно ехать с нами, чтобы встретиться с одним человеком.
— Ехать? — удивленно переспросил Венедиктов. — Куда? Зачем? Я не хочу никуда ехать!
И тут он узнал эту женщину. Это была Ирина, секретарь психоаналитика. Только почему-то светловолосая. Да еще эти очки не по сезону…
— Ирина, это вы? — произнес он удивленно. — Куда я должен ехать? К Илье Семеновичу?
— К Семеновичу, к Семеновичу! — закивала женщина. — Да садитесь же, скорее!
— Но я на сегодня не записывался…
Из машины выскочил крепкий парень в черном траурном костюме, схватил Венедиктова за локоть и втолкнул в машину.
— Но я не хочу! — лепетал Кирилл Николаевич. — Мне нужно обратно на работу!