— Что вы там нашли? — спросила Мария.
Венедиктов не мог ответить, только показывал на что-то пальцем.
Мария взглянула в том направлении и тоже едва не закричала от ужаса.
Под мешками лежал высохший труп, обтянутый желтоватой пергаментной кожей. Мария вскрикнула и кинулась в объятия Венедиктова. Правда, тотчас опомнилась и отстранилась, так что он, похоже, ничего не заметил.
— Этот человек наверняка тоже надеялся найти выход! — пролепетал собрат по несчастью.
— Сколько можно повторять — не впадайте в панику! — прикрикнула на него Мария, потому что ей было стыдно за свою слабость. — Может быть, у него было больное сердце. И вот он как раз впал в панику, и сердце не выдержало…
— Очень оптимистичная картина! — саркастически отозвался Венедиктов. — Мало того, что мы заперты в каменном мешке, так еще и в компании покойника! Чтобы все время помнить, что нас ожидает через какое-то время…
— Да перестаньте уже изображать ослика Иа! Лучше посмотрите, что у него есть!
Мария пригляделась к несчастному — рядом с его правой рукой на земле лежала массивная золотистая зажигалка.
— И какой нам в ней прок? — Венедиктов пожал плечами. — Наверняка давно не работает. Да и зачем нам зажигалка? Разве что как сувенир, но это только в том случае, если мы выберемся отсюда. Света от нее чуть, а разводить костер не из чего, да и не имеет смысла, мы здесь просто задохнемся от дыма.
— Все же я хочу проверить…
Мария опасливо подошла к мертвецу, осторожно, двумя пальцами взяла зажигалку и торопливо отодвинулась, не сводя с него глаз. Затем щелкнула рычажком, и — о чудо! — над зажигалкой появился голубоватый язычок пламени.
— Вот что значит настоящее качество! — с уважением проговорила Мария.
— Погасите ее, — проворчал Венедиктов. — Нужно экономить ресурсы. Когда у нас кончится заряд телефонов, зажигалка сможет еще несколько минут светить нам.
— Постойте, у меня есть идея получше!
Мария с зажженной зажигалкой приблизилась к стене и пошла вдоль нее, водя язычком пламени вверх и вниз.
— Что это вы делаете? — полюбопытствовал Венедиктов. — Ищете надписи, которые оставил на стене этот несчастный, прежде чем умер? Не думаю, что они нам помогут…
— Нет, я ищу кое-что получше… и, кажется, нашла!
Мария топталась у стены водила зажигалкой вдоль какой-то невидимой линии.
— Что вы нашли? — недоверчиво спросил Венедиктов.
— Сквозняк… Видите, как ведет себя в этом месте пламя?
Действительно, возле невидимой линии язычок пламени чуть заметно отклонялся, словно какая-то сила притягивала его.
— Видите? Здесь явно есть небольшое движение воздуха, а значит — за стеной в этом месте пустота, и эта невидимая линия отмечает незаметную щель.
Мария достала тюбик губной помады и нарисовала вертикальную черту в том месте, где отклонялось пламя. Помада дорогая, Надеждина, она забыла ее вернуть, но сейчас это было неважным. Постучала по стене костяшками пальцев слева и справа от этой черты. Слева звук был более гулким.
— Здесь должно быть что-то вроде двери…
Она достала из косметички пилочку для ногтей и попыталась воткнуть ее в незаметную щель. В одном месте это получилось. Пилочка воткнулась в стену, Мария слегка надавила на нее, надеясь, что металл не сломается…
И стена пришла в движение. Часть ее сдвинулась, как створка шкафа, и за ней обнаружился темный проход.
— Ура! — воскликнул Венедиктов. — Замечательно! Беру назад свои слова! Вы — гений!
«Интересно, какие слова он собирается брать назад, — хмыкнула Мария, — что это он про меня подумал, вслух-то ничего не сказал, постеснялся…»
— Я бы не стала радоваться раньше времени, — вслух ответила скромно. — Неизвестно, куда ведет этот проход…
— Но он хотя бы выведет нас из каменного мешка, и мы не разделим судьбу этого… — Кирилл Николаевич опасливо покосился на мертвеца.
— Вот это более правильный подход к ситуации! Давайте уже попытаемся выйти отсюда… — Мария направила в проход голубоватый луч телефонного фонарика и двинулась вперед. — Здесь лестница, и она ведет вверх! — сообщила тут же. — Это обнадеживает!
Венедиктов устремился вслед за ней.
Они поднимались несколько минут, наконец лестница закончилась.
Пленники оказались в тесном помещении. С одной стороны от них была ровная металлическая стенка, с другой — какие-то разноцветные провода и изоляторы.