Выяснилось, что из еды есть горячие бутерброды с ветчиной, сыром и еще с чем-то. Тетка заказала четыре штуки и, получив чашку кофе, размерами напоминавшую (пардон) детский ночной горшок с ручкой, прихватила еще восемь пакетиков сахара. Отнеся чашку подруге, вернулась и заказала себе обычный капучино.
Когда принесли бутерброды, Мария вылакала уже полчашки кофе и набросилась на еду, как голодный тигр на антилопу.
Бутерброды оказались разными. Первым Марии на зуб попался самый непритязательный, без изысков, с ветчиной и сыром, но исчез он мгновенно, Надежда и глазом моргнуть не успела.
— Со вчерашнего дня не ела, упадок сил! — прочавкала Мария, уловив ее удивленный взгляд.
— Так бы сразу и говорила, — вздохнула Надежда, потом нахмурилась и подошла к окну.
У входа в «Тенистый уголок» творилось что-то невообразимое. Подъезжали многочисленные машины, из них высыпали люди в форме, кто-то кричал в громкоговоритель что-то строгое, затем вывели в наручниках парочку охранников, администратора, еще одну женщину, которая в прошлый раз рявкнула на Надежду, когда та притворялась уборщицей. Потом пошли санитары, некоторые прямо в несвежих халатах, за ними врачи и лаборанты, и Надежда сообразила, что берут всех по принципу «потом разберемся».
Она не очень удивилась, увидев, что распоряжается всем та самая девица, которая угостила ее в свое время сигаретами. Не зря она там толклась все время, наверняка засланный казачок от полиции или от ОМОНа.
Тем временем из дверей вывели ту бабу, которая изображала жену Венедиктова. Ее-то за что? За компанию наверное.
С удовлетворением отметив, что фальшивая жена Венедиктова движется неуверенно, чуть прихрамывая, очевидно, ожог от сигареты давал себя знать, Надежда вернулась за стол. Мария в упоении расправлялась с очередным бутербродом. Этот оказался с курицей и салатом.
— Ты хоть не заглатывай так, подавишься, — проворчала она просто так, чтобы что-то сказать.
— Что там случилось? — спросила Мария, окончательно прикончив бутерброд.
— Похоже, «Тенистый уголок» накрылся медным тазом, полиция там вовсю орудует. Одно плохо: кровавый карлик опять сухим из воды выйдет, гуляет где-то.
— Он куда-то повез Кирилла… — «Уже, значит, Кирилл…» — многозначительно подумала Надежда, но вслух ничего не сказала. — Он совсем другим человеком стал, — продолжала Мария, — когда Илья Семенович ему установку дал.
— Ой! — Надежда подскочила на стуле. — Забыла совсем! Ты знаешь, что с Ириной случилось? Убили ее!
— Что-о? — Мария подавилась третьим бутербродом, с копченым мясом и аккуратно засунутыми внутрь маринованными огурчиками.
Она долго кашляла, потом пила воду под осуждающими взглядами клиенток салона красоты. Надежда в это время излагала ей все, что увидела утром по телевизору в криминальных новостях.
— Кошмар какой! И это я сама позвонила Армену, сказала, что его там ждет убийца Инки, а они еще один труп нашли? Ну ты меня и подставила!
— Я?! — возмутилась Надежда. — Да я-то при чем? Когда я уходила, она была жива-здорова! Ты, кстати, про меня ничего не говорила, имя мое не упоминала?
— Нет. Просто назвала адрес и сказала про Инку. А у них дело висит нераскрытое, он даже обрадовался… Но что с этой заразой Ириной случилось-то?
Надежда не слушала, уже набирала номер знакомой журналистки Лили Путовой, с которой не раз пересекалась по поводу своих расследований.
Лиля была девицей гренадерского роста, за что получила от коллег и недоброжелателей кличку Лилипутова. Надо сказать, она на прозвище не обижалась, но не потому, что характер был хороший. Нет, характер у Лильки был вредный, просто она не любила размениваться на мелочи. Потому что была хорошим журналистом.
Их с Надеждой отношения были неплохими, но обе держали друг с другом ухо востро. Сейчас Надежда мысленно приготовилась и льстиво заворковала:
— Лилечка? Здравствуй, дорогая!
— Чего надо? — полушепотом ответили в трубке. — Говорите быстро, Надежда Николаевна, сейчас сигнал пропадет.
— А вот убийство в кабинете психоаналитика… там женщину нашли мертвую…
— Что-о? — заорала Лилька в полный голос. — Сейчас, сейчас, одну секунду…
Послышался стук, потом хлопнула дверь, после чего Лиля заговорила нормальным голосом:
— И что у вас по поводу убийства?
— Ага, сразу сигнал появился, — съехидничала Надежда.
— Вас каким боком то убийство касается? — Лилька сразу взяла быка за рога.