— Ох, Надя, тут такое… — Мария шепотом поведала про фальшивого Гарика.
— Ну ты даешь! — начала было Надежда, но потом махнула рукой: Машка в своем репертуаре.
Снова Боб из-за двери встретил их ворчанием, и так же голос его подобрел, когда он услышал про доставку кондитерских изделий. В этот раз Надежда принесла коробку шоколадных вафель, покупной пирог с черникой и полкило «Белочки».
— Что, это — все? — расстроился толстяк.
— Не борзей, — рассердилась Надежда, — ты пока еще ничего не сделал.
Мария молча подала ему карточку фальшивого Гарика, причем держала ее так, будто боялась обжечься. Боб вытащил откуда-то пинцет и аккуратно выковырял крошечный круглый чип, похожий на канцелярскую кнопку.
— И что у нас здесь? Ого… — сказал он через минуту, — что-то серьезное… Непростой человек ваш знакомый, если такие штуки у него водятся!
— Да я его знать не знаю! — открестилась Мария. — И понятия не имею, за каким чертом он мне его подсунул! Я ни к каким секретам не имею отношения.
— Ладно, — Боб оглянулся на женщин, — я немного поколдую, поработаю, попробую пойти, так сказать, от противного, то есть выйти на того, кто это поставил. Посмотрим, что можно сделать, хотя результат не гарантирую.
Надежда рассыпалась в благодарностях и потянула Марию к выходу. Боб даже не обернулся.
— Ты что такая бледная? — спросила Надежда подругу, когда они выбрались на воздух. — Снова от голода ослабла? Не завтракала? Тебе нужно лучше питаться…
— Ой, Надя, совсем забыла! Я же палец нашла в морозилке!
Надо отдать Надежде должное, она не стала ругаться и крутить пальцем у виска. Хотя это же представить невозможно — запихнуть в собственную морозилку человеческий палец и забыть о нем!
Нет, Машка все-таки уникальная личность.
— Пойдем-ка кофе выпьем, а то на улице холодно стоять, ветер какой…
В кафе Мария заказала обычную чашку кофе и круассан, и то пощипывала его нехотя.
— И куда теперь его девать?
— Выбросить или зарыть во дворе, что уж теперь. А кольцо подсунуть в почтовый ящик.
— Куда? Лариска умерла, да я и адреса ее не помню. И Таньке звонить теперь нельзя.
— Адрес я тебе найду, у меня база данных есть. Ты говоришь, тетки выжиги такие, да? Так они небось в квартире твоей одноклассницы торчат, все проверяют, так что в ящик почтовый обязательно заглянут. Это не проблема.
— Это да, но… — Мария вздохнула.
— Что, не помирилась с Арсеном?
— С Арменом… Он как увидел нас с Кириллом, почему-то очень рассердился. Глазами сверкает, басом со мной на повышенных тонах разговаривает. А Кирилл тоже смурной какой-то, вы, говорит, меня обманули, обманом в доверие втерлись, а сами…
— Ну надо же! Кому он нужен-то, в доверие к нему входить… Много о себе понимает!
— Да я хотела ему объяснить, а потом думаю — ну их обоих! Мне работать нужно, все сроки прошли. Села за роман, потом есть захотела, полезла в морозилку. А как увидела палец — весь кураж прошел.
— Понятно. Значит, у тебя теперь ни романа, ни мужика никакого приличного…
— Примерно так. Ладно, пойду я…
— Осторожней там! — напутствовала Надежда.
Утром она насыпала в кошачью миску щедрую порцию корма. Бейсик подошел, брезгливо его понюхал и изобразил на морде крайнюю степень отвращения — мол, такую гадость я не буду есть, даже умирая с голоду!
— Не наглей! — прикрикнула на него Надежда. — Я хорошо изучила все твои фокусы и ничего другого тебе не дам…
И в это время в дверь квартиры постучали.
Именно постучали, а не позвонили.
Надежда удивленно пожала плечами, подошла к двери и заглянула в глазок.
На площадке корчило рожи и подпрыгивало от нетерпения какое-то существо, в котором Надежда с некоторым усилием узнала своего юного соседа.
Когда она открыла дверь, Димка влетел в квартиру с выражением загадочной значительности на лице. Или значительной загадочности, если так будет понятнее.
— Тетя Надя, хорошо, что вы дома! — выпалил он.
— Ты чего стучишь? — удивленно спросила Надежда. — Звонок не работает, что ли?
— Не знаю, тетя Надя, я не проверял. Но Боб велел мне не пользоваться никакой электроникой.
— И звонком тоже?
— Про него он не говорил, но я на всякий случай.
— А в чем дело?
— Боб залег на дно. И не пускает пузыри, чтобы его по ним не засекли.
— Почему? Что случилось?
— Это он сам расскажет. Он просил вас прийти. Прямо сейчас.
— Хорошо, я приду, только оденусь…