Рыбаки колхоза «Новая жизнь» зарабатывают до тридцати тысяч в год.
— Высокий заработок — это прежде всего рост культурных потребностей, правда ведь? Не на одну жратву да тряпки народ хочет деньги тратить. Есть у нас клуб, есть библиотека. Да где же теперь-то этого нет? А вот посмотрите-ка на наше село, вот отсюда посмотрите, с горушки. Разве так жить, так строить надо? Все дома вразброс — строили где и как кому приглянется. Разве таким должно быть культурное колхозное село? Нет, теперь все строительство будет производиться только по генплану! В первую очередь будем строить целую улицу новых домов. Поселим в них семьи маленького заречного колхоза — он в порядке укрупнения объединился с нами. Поскорее надо переселить их на наш берег, а то живут как-то в стороне, от большой жизни!..
Побывали мы на строительстве нового школьного здания — все из той же благоухающей смолой даурской лиственицы. Побывали на берегу, на приемном пункте, возле которого, тихонько покачиваясь на волнах реки, стоял кунгас, полный прекрасной камчатской рыбы — результат сеточного улова: кета, красная, кижуч, чавыча.
Побывали в клубе. Зашлй в маленькую с трогательными голубыми занавесочками на окнах библиотеку. Заведующая, она же бригадир полеводческой бригады, бойкая, языкастая, похвалилась, что библиотеку целиком содержит колхоз. В ней пока 1600 томов. Нужно, конечно, больше, да и помещение попросторней, да вот председатель…
— Милая моя! — Илья Алексеевич с укором смотрит на библиотекаршу. — На сколько ты за полугодие книг купила? На четыре тысячи? Ну то-то… А все недовольна!
У меня уж, честно говоря, ноги гудят: немалые концы пришлось отмахать по селу! С удовольствием посидел бы на бережку, покурил. Но Илья Алексеевич не знает устали.
Налюбовавшись всласть капустным полем, идем к скотному двору — смотреть силосную яму.
Идем по тропке, вьющейся в густых зарослях шиповника. Будто розовое благоуханное озерцо окружает нас. Шиповника на Камчатке много. Я обратил на это внимание в первый же день, когда ехал на машине с аэродрома в город. Розовые стены цветущего кустарника стояли по сторонам дороги. Но почему-то ягоды шиповника здесь не заготовляются, хотя Камчатка не так уже богата природными витаминами.
Силосная яма вырыта возле стены обширного скотного двора с таким расчетом, чтобы силос по транспортеру подавался прямо в коровник. Стоим, любуемся силосной ямой. Что ж, и она заслуживает того, чтобы ею любоваться, как заслуживает этого все, что сделано с целью облегчить труд людей.
…Интересно, ни одно собрание колхоза «Новая жизнь» не обходится без приема новых членов. А на последнем отчетном собрании пришлось рассматривать пятнадцать заявлений. В колхоз пожелали вступить демобилизованные воины Советской Армии, рабочие — слесарь, машинист, механик, столяр. И колхозники внимательно, даже, можно сказать, придирчиво обсуждают каждое заявление: они хотят принять в свою семью честных тружеников, людей, на которых можно положиться в общем труде.
Что влечет людей в колхоз, становится ясным, если заглянуть в цифровые данные, подготовленные бухгалтером к отчетному собранию. План добычи рыбы выполнен на сто тридцать семь процентов — на приемную базу Усть-Камчатского рыбокомбината сдано свыше сорока тысяч центнеров отличной рыбы. Хорошо поработали рыбаки на новых колхозных судах, не отставали от них бригады речного лова и ставных морских неводов. Колхоз «Новая жизнь» теперь почти четырежды миллионер.
На отчетном собрании колхозники критиковали правление и его председателя за то, что мало и медленно строят. «Миллионами ворочаем, а солому с крыш никак не сбросим!» — говорили колхозники. Было решено, что в колхозе начнет работать постоянная строительная бригада. Будет достроена школа, новая большая баня. А сколько потребуется производственных помещений в связи с ростом экономики колхоза! Телятник, скотный двор, овощехранилище, гараж…
Тихий вечер. Бледная розовая заря над рекой. По дороге пылит стадо.
— Ну, а сами-то вы, Илья Алексеич, — как живете?
Молча закуривает. Потом отвечает, не прямо на вопрос, но так, что все понятно.
— Хорошо у нас. Правда? Или это мне так кажется?.. Вот променял сравнительно спокойное местечко в райисполкоме на эту каждодневную колготу, а не жалею!.. Живая жизнь, живая работа. Пожили бы, товарищ писатель, здесь. Посмотрели бы, какой народ у нас — хороший народ. Через годик, смотришь, и книжка у вас готова!.. Верно я говорю? А то ведь так — посмотрели, уехали…