Интересно – почему?
Все мои ответы она принимала с восторгом. Мне оставалось только офигевать от ее напора и восторга. Такое в моей жизни было в первый раз.
И сначала от ее напора и дружелюбия начал офигевать Мишка. Мы пили чай в соседней комнате с Серегой и «Петей». «Петруха» – это было такое погоняло у Димки. Они тоже понемногу офигели. А Ритка – ну просто тащилась от наших двушек! Ей нравилось все!
Но выпить она наотрез отказалась. И отказалась, чтобы я проводил ее до дома – только до трамвая. Забегая вперед, скажу – это был единственный вечер, когда у нас с Ритой не было секса.
Естественно, моего возвращения ждала вся гопкомпания. Вопросы посыпались, как горох:
- Ты где ее взял?
- ЧЮмовая тетка. С большой буквой «Ю».
- Где учится?
- Мишка, теперь твое место – раскладушка.
- Не ну ноги… прямо мы онемели.
- А знаете, где живет? – я сделал театральную паузу, - В красных домах на Пушкина.
- Иди ты…!
- Сам боюсь….
Короче – девчонка пришлась ко двору. Все просто влюбились в ее непосредственность.
Непосредственность. Да. В следующий раз, когда она пришла к нам, а это случилось через день, когда мы с ней встретились, она просто и открыто сказала Мише:
- Миш, можешь погулять часок?
- Мэ… мнэ… ну да…
- Вот и ладно. Мне все равно к десяти домой надо.
Вот тут мужиков накрыло совсем…. Снова всем коллективом ждали меня.
- Ну как?
- Ну что?
- Давай рассказывай…
- А чего рассказывать, - блаженно улыбался я, - Скажу одно – длинные ноги в постели нивелируются, и совсем роли не играют. Длинные ноги – как прелюдия к сексу, чтобы вы слюной захлебнулись.
Как ни странно, я оказался в роли ведомого. Это было непривычно и приятно. Всегда, с другими девчонками, инициатива исходила от меня. Приходилось проламываться, угадывать, а девочки только великодушно позволяли, ну или ограничивали меня. Это было из той пьесы – на первом свидании не целуюсь, а уж тем более не даю. Хотя ты знал, что все равно этим кончится. И они знали. Всегда по одному и тому же сценарию. Это было утомительно. Приходилось только ждать. С Ритулей я готов был ждать. Ждать было легко и весело. Но этого не случилось.
Инициатива так стремительно ушла из моих рук, что я даже не успел отреагировать. А чего реагировать – просто махнул рукой. Я отдал ей все бразды правления и только шел у нее на поводу. Могу я немного расслабиться?
У Ритули был шрам – от пупка до лобка. И небольшая мягкая грудь рожавшей женщины. Но это меня нисколько не смущало. Мы никогда не разговаривали с ней о ее личной жизни, которая была до меня, о её ребенке. Мы вообще ни о чем не разговаривали – времени на разговоры не было. Пять минут в трамвае всех разговоров. Я только о чем-то мог догадываться, но понимал, почему папа держит её в строгости, и она спешит домой к десяти часам вечера. И почему она никогда не пила спиртного. И почему так обрадовалась, узнав, что я живу в общаге. Все факты, более менее складывались в определенную картину. Похоже, это нас обоих устраивало. Мы оба хотели одного и того же, и без всяких условностей получали качественный секс без обязательств.
А секс был качественным. Мне сейчас хочется завыть от тех сладостных воспоминаний.
Она редко ложилась на спину. Чаще всего она поворачивалась ко мне спиной. Сейчас мне хочется сказать – она становилась раком. Как бы вульгарно это ни звучало. Тогда вульгарным будет весь наш секс.
Приходя со мной, она сразу вежливо говорила Мише:
- Можешь погулять часок?
И сразу, без прелюдий раздевалась и ложилась. Прелюдии оставались на потом. Если оставалось время. Она поворачивала ко мне свою попку, маленькую и тугую. Я вонзал в нее свой член, а она подтягивала подушку себе под живот, и расставляла ноги, как можно шире. И кончала пару-тройку раз. Когда я уставал и ложился, она переворачивалась, закидывала на меня ногу, и секс продолжался. Только оральный. Она садилась на мое лицо, упираясь в стенку локтями. Она любила подставлять клитор под мои губы. Рита смотрела на меня сверху вниз и медленно вращала бедрами, ища остроту и наслаждения.
Любила держать мой член у себя во рту. Даже когда я кончал, она ложилась головой мне на живот, и начинала его сосать, помогая себе рукой, независимо от того, был он бодрячком или как половая тряпка. Везде была ее инициатива.
Ей в сексе нравилось все. Просто она выбирала, как она сегодня хочет. Время у нее было ограничено, и поэтому Рита использовала каждую минуту, не отвлекаясь на пустяки и разговоры. Она насыщалась сексом, вливала его в себя по самые края, используя меня как краник. Ехала домой, а через день она была уже снова голодной, как будто секс вытекал из нее, как из дырявого бочонка. Я служил только источником ее насыщения.