“But this is reality.”
— У него такой вид, будто он страдает от морской болезни, — возмутился Дониджер. — Вы что хотите, чтобы я показал видеофильм про Джорджа Вашингтона, который вот-вот начнет блевать за борт?
— Но ведь это реальность.
“Fuck reality,” Doniger said, throwing one of their videotapes across the room. “What's the matter with you people? I don't care about reality. I want something intriguing, something sexy. You're showing me a walking corpse and a drowned rat.”
— Трахал я вашу реальность! — воскликнул Дониджер, сердито швырнув одну из кассет через весь кабинет. — Что творится с вашими людьми? Меня совершенно не интересует реальность. Мне нужно что-то интригующее, что-то сексуальное. А вы показываете мне живой труп и утонувшую крысу.
“Well, we can go back to the drawing board—”
“My talk is tomorrow,” Doniger said. “I have three major executives coming here. And I have already told them they would see something very special.” He threw up his hands. “Jesus Christ.”
— Что ж, мы можем вернуть записи в монтажную...
— Я выступаю завтра, — прервал его Дониджер. — Сюда приедут трое главных деятелей. И я уже сказал им, что они увидят нечто выдающееся. — Он воздел руки к потолку. — О господи!
Kramer cleared her throat. “What about using stills?”
“Stills?”
Крамер решила, что пора вступить в разговор. Она откашлялась.
— А что, если использовать картинки?
— Картинки?
“Yes, Bob. You could take single frames from these videos, and that might be quite effective,” Kramer said.
“Uh-huh, yes, that would work,” the media woman said, head bobbing.
— Да, Боб. Нужно будет всего лишь вырезать отдельные кадры из этих записей, и это может оказаться весьма эффектно, — сказала Крамер.
— Да-да, это должно сработать, — закивала стриженая женщина.
Doniger said, “Lincoln would still look wrinkled.”
“We'll take the wrinkles out with Photoshop.”
Doniger considered that. “Maybe,” he said finally.
— И все равно у Линкольна вся рожа будет в морщинах, — усомнился Дониджер.
— Мы уберем морщины «Фотошопом» [Adobe PhotoShop — популярный пакет программных средств для обработки изображений].
Дониджер задумался.
— Пожалуй, это возможно, — проронил он наконец.
“Anyway,” Kramer said, “you don't want to show them too much. Less is more.”
“All right,” Doniger said. “Make the stills up, and show them to me in an hour.”
— В любом случае, — добавила Крамер, — вы же не хотели бы показывать им слишком много. Лучше меньше, да лучше.
— Ладно, — согласился Дониджер, — готовьте картинки и покажите их мне через час.
The media people filed out. Doniger was alone with Kramer. He went behind his desk, shuffled through his presentation. Then he said, “Do you think it should be `The Promise of the Past,' or `The Future of the Past'?”
“'The Promise of the Past,'” Kramer said. “Definitely `The Promise. '”
Специалисты по связям с общественностью удалились. Крамер осталась в кабинете. Дониджер прошелся по комнате, остановился позади своего стола и вдруг спросил:
— Что вы думаете о названии: «Перспектива прошлого» или «Будущее прошлого»?
— «Перспектива прошлого», — не задумываясь, ответила Крамер. — Определенно — «Перспектива прошлого»
07:34:49
Accompanied by two knights, Marek rode in the dust of the baggage carts, moving toward the head of the column. He could not see Chris or Kate yet, but his little group was moving swiftly. He would catch up to them soon.
Марек в сопровождении двух рыцарей мчался в туче поднятой телегами пыли, обгоняя колонну. Он еще не видел ни Криса, ни Кейт, но при таком темпе вскоре он должен был догнать своих друзей.
He looked at the knights on either side of him. Raimondo on his left, erect, in full armor, with his thin smile. On his right, a grizzled warrior in armor, clearly tough and competent. Neither man paid him much attention, so secure were they in their control over him. Especially since his hands were bound together by ropes, with a six-inch gap between the wrists.
Он окинул взглядом скакавших по обеим сторонам от него рыцарей. Слева ехал Раймонд в полном вооружении; он очень прямо сидел в седле, и с его губ не сходила тонкая улыбка. Справа держался седоватый воин в броне; сразу было видно, что это крепкий и опытный человек. Ни тот ни другой не обращали на него особого внимания: настолько они были уверены в его беспомощности. Тем более что его руки были хитро связаны. Он мог кое-как держаться в седле и даже управлять лошадью, поскольку между запястьями оставался кусок веревки длиной дюймов шесть, но свободно двигать руками был не в состоянии.
He rode along, coughing in the dust. Eventually he managed to slip his small dagger from beneath his coat, and palm it beneath his hand as he gripped the wooden pommel of the saddle in front of him. He tried to position the knife so the gentle movement of the horse up and down would slowly fray the rope at his wrists. But this was easier said than done; the knife seemed to be always in the wrong position, and his bonds were not cut. Marek glanced at his wristband counter; it read
Он ехал вдоль дороги, то и дело кашляя от пыли. Ему удалось незаметно вытащить кинжальчик из-под камзола и зажать в кулаке. И теперь, держась за луку седла, он старался найти для ножа такое положение, при котором лезвие резало бы веревку за счет его покачивания в седле, без дополнительных движений. Но это было легче сказать, чем сделать; нож, казалось, все время поворачивался не так, как надо, и путы оставались практически целыми. Марек взглянул на свой веревочный браслет: тот показывал