В мае 1670 г. царь Алексей Михайлович за долгую и верную службу жаловал стрелецкого полковника Я.П.Соловцова думным дворянством с назначением в начальники Хлебного приказа9. Новым командиром стремянных стал Юрий Петрович Лутохин ш, ранее возглавлявший стрелецкий приказ, расквартированный у Никитских ворот Земляного города. Головою Стремянного приказа Ю.П.Лутохин оставался более восьми лет, и в течение всего этого срока он, наряду с обычной стрелецкой службой, выполнял различные ответственные поручения, связанные с финансовыми операциями личной канцелярии государя — приказа Тайных дел. Не раз поручалось ему решать текущие вопросы материального обеспечения московского стрелецкого гарнизона. В 1672 г., более полугода, Ю.П.Лутохин параллельно руководил деятельностью Хлебного приказа. К этому времени стрелецкий голова уже имел придворный чин стольника и почетное звание полковника.
Сохранилось несколько любопытных известий из частной жизни Ю.П.Лутохина, проживавшего на своем старом дворе, за Никитскими воротами Белого города, 16 сентября 1672 г. в Разрядном приказе рассматривалось «сыскное дело» о нанесении бесчестия полковнику, которого накануне дьяк Никита Арцыбашев назвал «вором пуще Стеньки Разина», Произошел этот инцидент в помещении Судного Владимирского приказа во время разбирательства по иску стрелецкого командира к своей невестке — жене Кузьмы Лутохина, взявшей у свекра в долг по заемной кабале 50 рублей. При заключении сделки поручителем женщины выступал Арцыбашев. Дьяк был признан виновным и за его оскорбительные слова посажен в тюрьму. Кроме того, с него же за бесчестие Лугохина был доправлен оклад полковника в размере 131 рубля, которые получил податель иска».
О другом случае, также характеризующем личность командира стремянных, поведал в 1676 г. член голландского посольства Балтазар Койэтт. «Во вторник 12 мая снова возник сильный пожар, унесший до 300 домов, в том числе и двор нашего пристава Юрия Петровича Лутохина, который раньше хвастался, что дом его не может сгореть, так как у него достаточно стрельцов или солдат, чтобы защитить его…», — писал не без доли иронии иностранный дипломат12.
В 1674 г. в подчинении Лутохина находилось до полутора тысяч стремянных стрельцов, разделенных на два приказа, во главе которых стояли прежние полуголовы. В мае 1675 г. на место А.Ф.Карандеева и И.Ф.Грибоедова были назначены, соответственно, Лаврентий Пон-кратьевич Сухарев и Александр Тихонович Танеев13, остававшиеся некоторое время в полуголовах стремянных и при новом командире — стольнике и полковнике Иване Федоровиче Полтаве «Беляе». Точная дата его назначения неизвестна, но состоялось оно не ранее 1679 г. При нем стремянные стрельцы несли в столице свою обычную службу, сопровождая царя Федора Алексеевича в его многочисленных походах. Так 21 сентября 1680 г. в царском эскорте за сотней жильцов «ехал стольник и Стремянного приказу полковник Иван Полтев, передним служба его, а за ним его приказу конных стрельцов, с капитаны 400 человек, по четыре в ряд, в алых кафтанах, с золотыми и серебряными нашивками, с золочеными карабинами» В начале 80-х годов при И.Ф.Полтеве в полуполковниках Стремянного полка состояли Иван Елисеевич Цыклер и Иван Григорьевич Озеров.
29 апреля 1682 г., когда стрельцы всех полков, находившихся в Москве, били челом государю на своих полковников, первым в этом списке значилось имя командира стремянных. 1 мая последовала «перемена» стрелецких начальников, и на Иваново место Полтева назначение получил стольник Никита Данилович Глебов, ранее служивший в Судном приказе при боярине князе А.А.Голицыне15. В отличие от других виновных в злоупотреблениях полковников И.Ф.Полтев не был приговорен к битью батогами, но с него в пользу стрельцов Стремянного полка была доправлена громадная сумма в 2319 рублей. Чтобы рассчитаться за объявленные вины, бывшему стрелецкому командиру пришлось срочно распродавать и закладывать на ближние сроки свои поместья и вотчины. Позднее, когда возмущение стрельцов утихло, Полтев, ссылаясь на происки опального князя И.А.Хованского, попытался добиться от властей компенсации потерь. Однако получить удалось всего 10 рублей, выданных за отца его сыну Роману.
Добиваясь стрелецкого успокоения, власти выплатили служилым людям десятки тысяч рублей. Особенно часто денежные выдачи производились стрельцам Стремянного полка, в верности которых царевна Софья Алексеевна была заинтересована больше всего. Часть этих денег стремянные, жившие близ Знаменской улицы, пустили на строительство своего приходского храма Николая Чудотворца. В связи с проводившимся расширением проезжей части Знаменки каменная церковь была воздвигнута на новом месте по левой стороне улицы, напротив старой деревянной. 19 октября 1682 г. состоялось освящение храма, который с этого времени стал зваться Николой «Стрелецким».