После возвращения из Низовского похода в марте того же года стрельцы Пушечникова приказа наряду с другими его участниками были щедро одарены государем сукнами и соболями. Кроме этого с них был списан давний долг казне в 500 рублей, взятый стрельцами по кабале в 1657 г. на строительство нового храма. В знак своего особого благоволения приказу царь Алексей Михайлович передал в дар стрелецкому приходскому храму Живоначальной Троицы священные трофеи своего Виленского похода 1657 г. — местные образа, царские врата и серебряный потир, вывезенные из униатских церквей белорусских городов. Сам стрелецкий голова
В.Л.Пушечников был пожалован придачей к поместному окладу 100 четями земли и к деньгам 10 рублями.
Вскоре он был отставлен от своей должности и получил новое назначение. В декабре 1671 г. Пушечников вновь отправился в Астрахань, но уже в качестве товарища воеводы. Покидая Москву, бывший стрелецкий голова не рвал окончательно связи со своим бывшим приказом, На слободской стрелецкой земле оставалось все его большое московское хозяйство, нажитое за время пятнадцатилетней службы. Сохранилось описание двора Пушечникова, датируемое началом 70-х годов, по которому на нем значились «полаты каменные, на полатах три горницы меж ними сени, на сенях и на крыльце по чердаку, конюшня, поварня, ледник, погреб да у ворот горница на подклете с сеньми. А живет на том дворе Васильев человек"а6.
Тем временем новым головой приказа был назначен Степан (Федор) Иванович Янов, ранее возглавлявший другой стрелецкий полк. Одно из наиболее примечательных событий, связанных с его именем, произошло в сентябре 1674 г. Приказу Янова было поручено встретить за Тверскими воротами Земляного города очередного «вора» и самозванца лжецаревича Симеона Алексеевича и его товарища — беглого стрельца Федьку. Для их встречи была приготовлена та же телега, на которой тремя годами ранее везли в застенок Разина. Вот как описывалось это событие в документах того времени: «Сентября в П день, по указу Великого Государя везли вора и изменника и богоотступника и самозванца из за Тверских ворот на телеге высокой, а в телеге было впряжено три лошади ямских. Да около его вора сидели стрельцы четыре человека, с дубьем, в саблех, и не велено ему ничего говорить едучи. Да за ним же вором вели товарища его на чепях два человека стрельцов. А сделана ему было вору самозванцу на телеге виселица и топор воткнут, и плаха положена перед ним и петля над ним повешена и весь раскован по столбам… А передним вором ехал голова Московских стрельцов Степан Иванов сын Янов своим приказом, а за ним стрельцы шли, знамени и с алебарды, а в сипоши не играли и в бурбуны не били. Да перед ним же ехали Черкасы триста человек, которые его привезли. Да около его же шли стрельцы с ружьем, да за ним же вором ехал за телегою полуголова Григорей Тюхочевский, да другая половина стрельцов»
К середине 70-х годов приказ Степана Янова стал одним из крупнейших в Москве. В 1675 г. в нем числилось 1200 человек. В эти годы стрельцы Янова несли гарнизонную службу в столице. Очередные караулы чередовались с торжественными церемониями встреч иноземных послов, походами к подмосковным святыням и загородным царским резиденциям, где благочестивый царь Алексей Михайлович любил проводить время. Не раз приказ Янова попеременно с другими стрелецкими приказами нес недельные караулы в подмосковных дворцах, где останавливался государь. Порой эта служба была сопряжена с реальной опасностью и напоминала настоящие военные действия. Так 2 июля 1675 г. Степан Янов с тремя сотнями своих стрельцов был послан с Воробьевых гор к Коломенской дороге, где они в течение десяти дней очищали ее окрестности от разбойников. Целью этой операции было обеспечение безопасности передвижения царского кортежа, который проследовал в Коломенское 14 июля.
Период относительного затишья на южных рубежах страны был прерван в 1675 г. вторжением на Украину турецких войск. В 1676 — 77 гг. приказ Янова нес гарнизонную службу в Киеве. В ходе военных действий в командовании приказом были проведены изменения. На место С.И.Янова, переведенного в один из головных приказов, в феврале 1679 г. назначение получил стольник и полковник Семен (Иван) Федорович Грибоедов. В составе полка воеводы князя М.Ю. Долгорукого приказ Грибоедова должен был выдвинуться к Киеву в помощь гетману И.Самойловичу. В это время в десяти сотнях приказа числилось 1072 стрельца, на вооружении которых находилось «пять пищалей медных полковых в станках на колесах, худы» и 12 пищалей трехарпгинных. Сохранилась роспись боеприпасов, дополнительного вооружения и шанцевого инструмента, выданного полку для участия в походе, в которой значилось: