На следующий год Мартемьянов полк Сухарева вместе с другими стрелецкими и солдатскими полками был вновь послан на службу в Азов, куда в ноябре 1699 г. пришел царский указ о расформировании стрелецких полков, находившихся в крепости. Согласно высочайшему распоряжению все мастеровые люди из числа стрельцов приписывались к азовскому посаду. Остальные рассылались в разные города, на вечное житье, «куда кто похочет».
Недолгая история местного стрелецкого полка не оставила следов в топонимике окрестностей Николоямской улицы, получившей свое имя по одноименной стрелецкой церкви. Не уцелел и сам храм, полностью перестроенный в 60 —70-е годы XIX века, который был снесен в 1959 г.
На южном склоне Швивой горки, спускающемся к берегу Москвы-реки, в XVI веке стоял Спасочигасовский мужской монастырь. В годы «московской разрухи» обитель запустела, а ее каменная Спасская церковь со временем превратилась в обычный приходской храм. Его новыми прихожанами стали стрельцы одного из московских стрелецких приказов, поселенного здесь в 20-е годы. Первые достоверные сведения из его истории относятся ко второй половине 40-х годов, когда приказ возглавлял стрелецкий голова Богдан Иванович Булгаков. В 1647 г. его стрельцы, десятники, пятидесятники и 500 рядовых пристроили к своей старинной приходской церкви Спаса в Чигасах каменную колокольню. Звон ее колоколов, раздавшийся 17 марта 1649 г., ознаменовал завершение праздничной службы по случаю дня государева ангела. Для головы местных стрельцов это был вдвойне торжественный день, так как царским указом он был пожалован в дворяне московские ш.
В следующем году приказ Булгакова уже находился на службе в Великом Новгороде, а позднее принял участие в войне с Польшей. В июне 1654 г. он был включен в состав полка боярина и воеводы В.П.Шереметева, товарищем которого был назначен думный дворянин Ж.В.Кондырев. Накануне похода стрелецкий голова Б.И.Булга-ков заявил, что с воеводой Кондыревым ему служить «невместно» и что будто велено ему быть с одним боярином. В ответ Кондырев подал жалобу в Разрядный приказ. Разбор местнического спора завершился наказанием стрелецкого головы, которого «за безчестье» думного дворянина послали в тюрьму на один день.
Вскоре после этого происшествия, уже в ходе начавшихся военных действий, Б. И.Булгакова сменил новый стрелецкий голова Алексей Аврамович Мещсринов|33, до этого командовавший одним из замоскворецких стрелецких приказов. В годы русско-польской войны стрельцам Мещеринова не раз довелось нести службу в дальних приграничных городах: Полоцке (1657 — 58), Нежине, Киеве (1660 — 61). Здесь в июне 1661 г. опытный стрелецкий командир был назначен товарищем воеводы И.А.Ржевского «на Иваново место Чаадаева». К осени местные стрельцы вернулись в Москву, а на следующий год их голова, уже в качестве воеводы, был вновь отправлен в Киев.
Ведать бывшим приказом Мещеринова было поручено Никифору Ивановичу Колобову, ставшему головой местных стрельцов в конце 1661 г. За годы войны приказ понес большие потери, и 16 декабря 1661 г., по указанию начальника Стрелецкого приказа боярина И.Д.Милославского, в его состав были включены 600 солдат-новобранцев, проходивших обучение под командованием майора П.И.Гордона. По свидетельству самого шотландца, «солдаты были в высшей степени недовольны этим; многие из них бежали». Вскоре Гордон получил распоряжение обучать приказ Колобова «пехотной экзерциции, так как их полковник [голова] никогда не служил в пехоте, да и вообще ничего не смыслил в начальствовании полком»13J.
Летом следующего года заяузские стрельцы вместе с приказом М.Н. Спиридонова были отправлены на службу в Великий Новгород в распоряжение боярина и воеводы князя БАРепнина. Впереди приказов была отправлена грамота, в которой воеводе указывалось выдать по прибытии приказов «из государевых житниц хлебные запасы… за руками голов стрелецких человеку по четверику сухарей, муки аржаные, да 10 человекам по четверику толокна».
Впоследствии местные стрельцы приняли участие во многих военных кампаниях. В 1668 г., через несколько месяцев после возвращения со службы в Белгороде, приказ был вновь послан на Украину против запорожцев гетмана И.Брюховецкого в составе полка боярина и воеводы князя ЮАДолгорукого. В этом походе сложили головы 11 стрельцов Колобова и еще трое пропали без вести. В 1670 г. многие их однополчане не вернулись из-под Царицына, где в бою с разницами приняли смерть сотни московских стрельцов сборного приказа И.Т.Лопатина. С отрядами «воров и изменников» стрельцам Никифорова приказа Колобова пришлось вновь столкнуться в 1671 г. Его стрельцы отличились во время «осадного сидения» в Синбирске, когда не вдалеке от города им удалось разбить отряды разинских атаманов Ф.Свешникова и И.Былинина.