Осознав, что их дело проиграно, стрельцы полка Бохина, начиная с 28 декабря и «по многия дни», стали группами по 200 и больше человек приходить в Кремль к Красному крыльцу и приносить «повинную». В знак своего смирения одни клали головы на принесенные плахи с вонзенными топорами, другие ложились на землю. Правительство выждало какое-то время и в один из дней в начале 1683 г. выслало к винившимся боярина П.М.Салтыкова, окольничего К.О.Хлопова и думного дьяка Ф.Л.Шакловитого. На вопрос придворных: «Что они пришли и с какою виною?», — стрельцы отвечали: «Сказывают де великим государем, что мы бунт заводим; и от нас де бунту и заводу никакова нет, чтобы де о том великие государи указали розыскать будет де какой от нас бунт или завод объявитца велите де, великие государи, нас казнить всех». О просьбе стрельцов было доложено «в Верх», после чего просителям приказали перейти под окна Грановитой палаты. Здесь стрельцы вновь положили головы на плахи и легли на землю. Насладившись зрелищем выражения верноподданнических чувств, государи распорядились стрельцов простить, жалованную грамоту вернуть и разрешить нести караульную службу по-прежнему.
События вокруг полка Бохина подтолкнули правительство ускорить меры по очищению столичного гарнизона от лиц, склонных к «шатости». Организация масштабной работы по чистке стрелецких рядов была возложена на начальника Стрелецкого приказа Ф.Л.Шакловитого. Первыми подлежали чистке стрелецкие полки, которые должны были вернуться в Москву с Украины но окончании срока городовой службы. Еще в начале декабря 1682 г. на смену им из столицы были посланы шесть стрелецких полков (М.Ф.Ознобишина, Ф.И.Головленкова, Б.Ф.Дементеева, С.И.Рославлева, А.И.Нор-мацкого, П.И.Борисова), командирам которых было приказано по прибытии на места изъять у служебных полков и выслать в Стрелецкий приказ списки июньских жалованных грамот, от которых «в народе чинитца сумнение».
В начале 1683 г. из Батурина в Москву был выслан полк С.С.Вой-екова. На подходе к столице из его состава были выделены 96 человек, которых определили на службу в Коломну. Еще восьмерых разослали в ссылки в города Полатов и Царев-Борисов. Вслед за полком
С.С.Войекова власти стали «перебирать» пять других полков (С.Г.Сергеева, М.Ф.Философова, И.И.Нармацкого, Л.П.Сухарева, Н.И.Полуэхтова), которые были переведены из Киева, Батурина и Переяславля в Севск. Здесь, в центре Севского военно-административного разряда, из числа «зернщиков», пьяниц, «расколыциков», убийц и грабителей был сформирован сборный полк численностью 530 человек. Очищенным от смутьянов полкам было велено выступить к столице по Калужской дороге «порознь» с интервалом в одну неделю во избежание тесноты на станах, мешкоты в подводах, скудости в съестных припасах и конских кормах. Оставшимся в Севске стрельцам разъяснили, что собраны они на время для «береженья от приходу воинских людей татар». После ухода московских полков сборный полк «с поспешаньем» был переведен в Курск.
Власти торопились удалить из Севска только что сформированное подразделение, так как сюда вскоре должен был прибыть другой сводный полк, собранный из числа неблагонадежных стрельцов московских полков, прибывших на службу в Киев, Чернигов и Брянск (Б.Ф.Дементеева, В.С.Боркова, Т.А.Кишкина, А.И.Нар-мацкого, П.И.Борисова). Временно возглавить сборный полк, численностью 606 человек, было поручено полуполковнику К.Саврасову. «Сведенцам» объявили, что присланы они «на время для того, что ныне великих государей у великих и полномочных послов с польскими камисары съезды, и им быть в Севску до тех мест, по-каместа съезды минуютца, потому что Севск от того съезжего места не в дальних местах»14.