А военные обсуждали со своей точки зрения — кому то или иное направление экспансии может помешать, и сколько войск смогут выставить недовольные для защиты своих интересов. По их мнению самое оптимальное направление — к Балтике. Ибо тут, кроме тевтонского и Ливонского ордена, никаких противников. Путь к северным морям проходит по землям Новгородской республики. То есть, гонять малотоннажные ладьи — пожалуйста, но чтобы перекладывать грузы на морские суда — нужно строить морской порт и верфи, иначе вся прибыль уйдет к иностранцам. А как строить, если земля новгородская? Сегодня дружим, завтра раздружились, и что прикажете? Воевать со своими, как Иван Грозный? Короче — «не фонтан». Направление на юг, к Черному морю, свои трудности. С одной стороны — до моря далеко, да по порожистым рекам. То есть, суда минимум в трех местах нужно вытаскивать на сушу и тащить по земле. С другой — весь путь по недружественным территориям, то земли ярославичей, то вовсе степняки. То есть, сначала придется брать под контроль южные княжества, затем зачищать степь от татаро-монгол, половцев и прочих степняков, устраивая взамен череду казачьих станиц, либо сооружать «Великую китайскую стену» на тысячу километров для прикрытия транспортной артерии. Но для обоих вариантов имеющихся людей не хватит. Есть и другой огромный «минус» — Босфор и Дарданеллы. Сейчас там Византийская империя, которая тоже не сахар, но скоро появятся еще более агрессивные турки и это будет надолго. Так какой смысл надрываться, если выход из Черного моря можно запереть в любой момент?
Впрочем, купцы «обломали» и казавшийся перспективным западный балтийский вариант. Что толку в захвате Прибалтики с ее глубоководными портами, если туда нет дорог? В смысле, не текут реки в ту сторону. Единственная река — Нева, но она давно контролируется Новгородом, точнее новгородской крепостью Орешек. Плюс — фарватер как самой реки, так и Финского залива — узкий, хитрый и никак на воде не обозначен и, главное, каждый год «гуляет» из стороны в сторону. Глубины в среднем не более трех метров, местами и вовсе два. Ладьям тяжело плавать — то и дело днищем дно скребут, а для самоходной баржи, даже с опытным лоцманом, приключения гарантированы.
Афанасьев подошел к карте, присмотрелся к рекам.
— А как же Западная Двина?
Да, есть такая речка, согласились купцы, выходит к Риге, на Балтику. Вот только волоков нет — строить нужно. Ближе всего истоки Волги и Западной Двины сходятся в Торопецком княжестве, однако, обе реки там узкие и мелкие, не реки — ручьи, их следует расширять и углублять для простой ладьи, а те два железных судна, что сейчас на промзоне собираются — и вовсе не «пролезут». Кроме того, все возможные места для волоков неудобные — леса да верховые болота. Второй момент, если большая часть Двины протекает по территориям дружественных Торопецкого, Смоленского и Полоцкого княжеств, то устье заперто Ливонским орденом. Вот и не используют этот путь купцы. Другими словами, для строительства порта — одного моря мало. Тут еще и дороги нужны, чтобы товары подвозить. А вот как раз дорог на Руси вовсе нет. Потоки товаров — только по рекам, которые выводят либо к Новгороду на Ильмень, либо по Волге в Каспий на Персию и Индию. Впрочем, есть еще путь на Северную Двину, но никакого Архангельска или Холмогор там пока нет и в помине.
— А что вы так уперлись в эту Европу? — внезапно подал голос Саня.
Он с Димоном и Серегой пристроился где-то сбоку и практически не принимал участия в разговорах, хотя между собой обсуждали плюсы и минусы каждого предложения.
О том, что Европа здорово поднимется на русском железе — первым сообразил Серега и тут же поделился с приятелями. У Сани же, после чьих то слов про Персию, промелькнула еще одна мысль, но он не успел ее четко уцепить и сформулировать, как прозвучал голос Шибалина: