– АГА! Вот ты и прокололся, Купидончик. Я не сошла с ума, ты настоящий. Давай, покажи свои крылья, – потребовала, повернулась к нему и сложила руки на груди.
– У меня больше нет крыльев, и я хрен понимаю, почему ты всё это помнишь.
– В смысле нет крыльев? Я видела их, точно видела, – подозрительно прищурила глаза и внимательно ещё раз на него посмотрела. – И почему это моя Олеська не повисла на тебе, как безвольная сумасшедшая влюблённая? Да и остальные гости женского рода не поползли в твою сторону, как одержимые.
– Я больше не обладаю таким даром. Все видели меня таким, каким видишь сейчас меня ты, и это не твой идеальный образ, это я, настоящий я. Крыльев я тоже лишился, когда ушёл из департамента, как и вечной жизни тоже, но знаешь, эта вечность мне совершенно оказалась не нужна… без тебя, – говорил, а сам подошёл ко мне так близко, что дыхание перехватило.
От его слов закружилась голова, захотелось петь и прыгать от радости и счастья, а ещё наброситься на него, обхватить руками и ногами, чтобы не смог вырваться.
– Что это всё означает? – прошептала я, сдержав в себе свои желания.
– То, что в департаменте ошиблись, и у тебя есть вторая половинка.
– Правда? Мне это неважно, я люблю только тебя и только с тобой буду счастлива, – перебила мужчину, не желая слушать про кого-то, кто якобы все-таки предначертан мне судьбой.
– Ты можешь не перебивать и дать мне договорить? – недовольно огрызнулся Кирилл и закатил глаза.
– Могу.
– Хорошо, спасибо. Так вот. У тебя есть вторая половинка и это, как показала наша программа, вообще-то я.
– Да что ты говоришь! – ехидно воскликнула я. – Получается я намного умнее и полезнее вашей программы, потому что сразу это поняла?
Внутри всё кипело и бурлило. Спасибо! Спасибо! Всем, кто наверху, большое, огромное вам спасибо!!!!
– Амурам и Купидонам нельзя любить, а людям можно. Поэтому я теперь просто человек со всеми земными проблемами и недостатками. Характер и всё остальное не изменится от твоего желания, я останусь таким, далеко не идеальным мужчиной, – лицо МОЕГО мужчины становилось всё грустнее и грустнее, а голос тише, словно он и вправду думал, что для меня это всё имело значение.
– Не идеальный? – решила все-таки немного проучить его и отомстить за свои страдания, совсем немножко. – То есть член у тебя тоже не такой, как я мечтала и представляла?
– Даша!!!
– Нет, ответь мне!
– Нет, член у меня такой, который дала мне природа при рождении, уж извини, – он явно был слегка обижен.
– Я тебе никогда этого не прощу! Как ты мог не дать мне на него посмотреть хотя бы одним глазком? – еле сдерживая смех, воскликнула я и чмокнула ошарашенного мужчину в нос.
– Даша…
– Да я шучу, глупый, – засмеялась и всё же запрыгнула на него, обхватив ногами бедра. – Уверена, твой член самый лучший, даже если не такой большой, как я хотела, – продолжила щекотать нервные окончания Кирилла я.
– Вообще-то в прошлой жизни ни одна моя женщина не жаловалась, – вероятно, поддержал меня он, а я аж покраснела от вспыхнувшей ревности.
– А здесь, милый, прошу быть аккуратнее. Моим самым большим недостатком является бешеная ревность, из-за которой я просто могу превратить твои мозги в желе, – слегка поерзала попкой и ахнула, почувствовав твёрдый член прямо возле входа в моё святое святых.
– Этим мы с тобой похожи, – выдохнул Кирилл и жадно смял мои губы своими.
Поцелуй был настолько страстным и жарким, что казалось, моё лицо горело, а промежность пульсировала и молила долгожданного гостя войти.
Кирилл слегка поднял меня за бедра, а потом одним резким движением опустил на себя. Я вскрикнула и вцепилась ногтями ему в плечи, стараясь не потеряться в реальности, не сойти с ума раньше, чем смогу разлететься на тысячи осколков счастья.
Наконец-то мы были одним целым, едины, будто дышали не кислородом, а друг другом. Страсть, жар, озноб, его стоны и мои крики – всё это заполнило мою когда-то пустую и одинокую квартирку, и это было прекрасно.
– Так ты, правда, теперь художник? – спросила, когда, наконец, смогла отдышаться и прийти в себя, лёжа на груди своего любимого.
– Да. Пока ничего кроме любви и страстного секса не могу тебе предложить, я немного забыл, каково это жить среди людей. Жизнь, которую мне дали, не имел права выбирать.
– Ну, на счёт страстного секса ты конечно слегка преувеличил…
– Даша!
– Да ладно, шучу. Я люблю тебя, остальное совершенно неважно. Я ждала тебя всю свою жизнь, так долго ждала! – снова не смогла сдержать слез и уткнулась носом в шею Кирилла, чтобы ещё раз вдохнуть его запах, чтобы убедиться, что он настоящий, не видение, не сон, который закончится с приходом рассвета.