— Правда? Вот здорово. А у меня получится связаться с вами?
— Пока нет, этому нужно учится, хотя если захочешь, то можешь попробовать. Сейчас, я объясню тебе основные принципы…
Я не стал слушать их разговор, поднялся на ноги и прошелся по поляне. Солнце почти село, на землю легли длинные тени. Становилось прохладно. На душе было очень тревожно. Я не люблю средневековые Миры. Не из-за грязи, или неустроенности быта, к этому как раз можно привыкнуть, а именно за повальную жестокость, когда повсюду действует только один закон — закон первого удара. Но происходящее сейчас, было страшнее любой средневековой деспотии. Вокруг творится ничем неприкрытое зверство. Наша задача проста — найти пропавших друзей, но что делать потом? Вернутся домой к своим повседневным заботам или остаться тут, окунувшись с головой в кровавую кашу, пытаясь изменить ситуацию? Нужно ли это нам?
— О чём задумался, детина? — спросила Марта, подходя сзади и легонько хлопая по плечу.
— Да так, хрень всякая в голову лезет.
— Насколько я знаю, тебя хлебом не корми, дай порефлексировать: "Кто виноват? Что делать? Имеем ли мы, право вмешиваться"? Забудь и закопай. У нас много дел.
— И когда ты только успела набраться таких слов, — вздохнул я.
— Ты же знаешь, я люблю длинные и умные слова.
— Ага, ими так удобно ругаться.
— Точно. Поехали, а то уже почти ночь.
Спустя три дня, вечером, когда я только вышел из столовой, и остановился на пороге, поджидая Марту, ко мне подбежал мальчишка лет восьми в белом переднике и маленьком поварском колпачке. На его плутоватой мордашке светилось такое таинственное выражение, что я сразу понял — будут интересные новости.
— Чего тебе, пострел?
Мальчишка шмыгнул носом и воровато огляделся по сторонам. В его рту отсутствовала наверное добрая половина зубов, потому он сильно шепелявил.
— Ижвешная вам ошоба, — таинственным шёпотом начал он, — ждёт ваш для важного ражговора, на прежнем меште.
— Спасибо, парень. Это всё?
— Да.
— Тогда гуляй.
Посланник мгновенно испарился.
— Что случилось, дорогой? — спросила Марта, выходя на крыльцо.
— Милая, нам, пожалуй, следует повторить пикник.
— А, ну, разумеется, ты же знаешь, я всегда готова.
Герда ждала нас, нервно расхаживая по полянке.
— Слава богу, вы пришли, а то я уже начала беспокоится.
— Это был внук того старика?
— Да. Очень бойкий мальчик.
— Молодец, обрастаешь агентурной сетью. Так что произошло?
— Я говорила с Рудольфом. Сначала он отнекивался, но потом раскололся и рассказал такое, что… Но лучше по порядку. Во-первых, ему довелось несколько раз побывать в часовне, в то время, когда Рингер обустраивал там свою лабораторию.
— Правда? Интересно, давай дальше.
— Часовня построена на руинах старого языческого храма, под ней расположено несколько ярусов катакомб. Он консультировал строителей.
— Понятно.
— Старик видел, как на первом подземном ярусе, строят тюрьму. Они очистили две комнаты, поставили железные двери, и установили в коридоре пост охраны. Более того, в последнее своё посещение ему довелось встретить и самих заключённых. Четыре человека: "мальчишка, молодой мужчина, ещё один мужик с треугольными ушами, и печальная пожилая леди". Именно так он их описал, слово в слово.
— Чёрт, всё сходится. Мальчишка, это твой Кай. Молодой мужчина — Виталька, тип с треугольными ушами — Иотар, эльф. Ну и "печальная пожилая леди" — Диана Краузе. Да, нам повезло с твоим приятелем.
— Ты даже не представляешь, насколько повезло. Дело в том, что Рудольф знает, как проникнуть в часовню, минуя охрану.
— Ты это серьёзно?
— Конечно. Оказывается, в неё из цитадели ведёт подземный ход.
— Не может быть. Дело попахивает дурацким рыцарским романом. Зачем рыть подземный ход в часовню?
— Не догадался? — Герда сияла, словно начищенная медаль. — Священная Чаша! Или ты думаешь, что её наполняли ангелы?
— Чёрт, — я хлопнул себя ладонью по лбу. — Ну, конечно же. Так он может показать, где именно начинается ход?
— Да, но при одном условии.
— Каком?
— Мы заберём из замка его внука.
— За такую информацию, мы можем забрать их обоих.
— Нет, он отказывается уходить. Ты же знаешь, старики упрямы. Хочет умереть среди родных стен. А вот за внука опасается.
— Правильно, я бы тоже опасался. Судя по мордахе, его внучок, тот ещё кадр.
— Когда мы начинаем? Сегодня? — Герда подскочила в нетерпении.
— Нет. Не сегодня точно.
— Но почему?
— Подождём пару дней. Я утром подслушал разговор моих помощников. Ребята, говорили что-то о диверсии на электростанции. Похоже, дата восстания уже назначена, и оно произойдёт в ближайшее время. Когда вокруг начнут стрелять, у нас будет гораздо больше шансов, на успех.