— А где шаньюй?
— Он на охоте, вернётся завтра. Нам надо успеть уехать подальше от ставки.
— Если я убегу, Маодунь оскорбится и начнётся война, — робко напомнила Лю Ян.
Вмешалась Суру:
— Сама по себе ты шаньюю не нужна, уж прости. Госпожа Шенне примет твой облик и станет зваться твоим именем. Никто не заметит подмены.
— Ага, — поддакнул Гийюй. — Ты не нужна шаньюю, принцесса. Он готов принести тебя в жертву своей драгоценной лисе.
— Ах так?! — бросила Лю Ян, сверкнув глазами. — Тогда я пойду с тобой.
С помощью Гийюя она встала с постели. Суру озабоченно сказала:
— Госпожа, для бегства тебе нужна удобная и неприметная одежда, а не воздушный шёлк. Хочешь, я дам тебе свою?
— Давай, — согласилась Лю Ян и добавила:
— А ты возьми мою. А ты что, тоже лиса?
— Это правда. Меня зовут Суру. Если дашь мне своё платье, это будет здорово. Я смогу показаться своему любимому в красивом наряде. Он живёт в твоей стране, принцесса, и я хочу одеться, как женщины южан. Отвернись, господин, пока мы переодеваемся.
Гийюй послушно отвернулся, подумал и задал вопрос:
— Суру, ты хочешь убежать к своему возлюбленному? Поедешь с нами?
— Конечно. Я помогу вам добраться до безопасного места, если ты не станешь пырять меня ножом.
— Не стану. Благодарю тебя.
Гийюй замолчал, думая: «Если эта лиса хочет нам помочь, значит, Великое Небо смилостивилось над нами. Я заключу союз с кем угодно, лишь бы спасти Лю Ян».
За его спиной женщины тихо переговаривались: Лю Ян предлагала Суру выбрать любое платье и украшения к нему. Гийюй слышал, как они помогали друг другу переодеться. Когда его терпение начало лопаться, он напомнил:
— Госпожи, не хотелось бы, чтобы нас здесь застали. Нельзя ли поторопиться?
— Мы уже закончили, — отозвалась Суру. — Можешь посмотреть.
Обернувшись, Гийюй увидел Лю Ян в скромном коричневом платье служанки. Рядом с ней стояла лиса в ярко-розовом, вышитом золотыми пионами ханьском наряде, на её руках блестели золотые браслеты, на шее янтарные бусы, а в ушах покачивались жемчужные серьги. Радостно улыбающаяся Суру выставила вперёд носок алого башмачка со словами:
— Смотри, он жемчугом расшит! У меня никогда таких не было.
Бросив взгляд на башмак, Гийюй усомнился:
— А эта обувь выдержит дорогу? Мы же не по коврам гулять будем.
Лиса засмеялась и ответила:
— Не бойся. Я зачарую башмаки, они не протрутся, и платье не порвётся.
Повернувшись к Лю Ян, она добавила:
— Спасибо, принцесса. Ты очень добра.
— И я благодарю тебя, — ответила Лю Ян, опустила глаза и тихо произнесла: — Только я не настоящая принцесса. Сын Неба удочерил меня два года назад, а раньше меня звали Мэн Ян.
— Ты внучка полководца Мэн Тяня? — спросил Гийюй.
— Да, — ответила Ласточка. — Я знаю, он когда-то воевал с хунну. Вы можете меня возненавидеть за это.
— Ты не права, — возразил Гийюй.
Его перебила Суру:
— Не болтай глупости, принцесса. Твой дед давно помер, а ты сама никого не убивала. Я же помогаю господину Гийюю, хотя его народ воевал с моим, и меня захватили в плен. Я из гяньгуней, — пояснила она.
— А как лису могли пленить, ты же волшебница? — удивился Гийюй.
— Тогда я была обычной девушкой. Хватит болтать. Принцесса, собери остальные украшения в узелок, они тебе пригодятся в пути
Когда женщины закончили сборы, Суру скомандовала:
— Пошли.
Она первой выскользнула за дверной полог, за ней Гийюй и принцесса. Увидев стражников, Мэн Ян зажала себе рот рукой. Те по-прежнему торчали столбами и ни на что не реагировали.
Когда беглецы оказались в тени соседних юрт, Суру щёлкнула пальцами, и обернувшийся Гийюй увидел, как стражники задвигались.
— Они ничего не вспомнят, — шепотом сообщила ему лиса.
Гийюй сказал:
— Теперь идём к моему дому, возьмём лошадей.
К жилищу Гийюя они добрались без происшествий, сели на навьюченных припасами коней и благополучно покинули ставку. Прощаясь со слугой, Гийюй подарил ему кошель серебра и взял с него слово молчать о случившемся.
Беглецы помчались на юг, к границе с империей. Суру обещала, что чарами прикроет их от чужих глаз. По дороге Гийюй поведал Ласточке об многолетних отношениях шаньюя с лисой, о погубленных ими девушках.
Мэн Ян рассказала, как в день приезда её пригласили к шаньюю. В его юрте принцесса увидела рядом с мужем незнакомую высокую и красивую женщину, которая пристально посмотрела на неё, и Мэн Ян уже не смогла пошевелиться. Незнакомка подошла ближе и поцеловала принцессу обжигающе горячими губами — больше Ласточка почти ничего не помнила, только неясные обрывки, казавшиеся видениями, как она сказала.