— Куда поедем, Григорий Александрович?
— Ты мне сейчас нужен меньше всего, — бросил на бегу Резниченко, сел в машину и уехал.
Он вернулся только после обеда, весьма и весьма озабоченный.
Глава 27
Трое мужчин сидели за столом, но на столе не было ни выпивки, ни закуски. Они не праздновали. Они говорили, тщательно подбирая слова и напрягая свои мозги, чтобы найти выход из ситуации, в которую попал один из них.
Резниченко был очень хмур и практически все время молчал. Аркадий Семенович выглядел самым спокойным из всех троих, говорил в основном именно он. Кожин сидел со зверским выражением лица, но теперь это не было маской. У него чесались руки на предмет отрывания головы Шульцу.
— Это факт: сейчас мы проиграли ему по всем статьям. Мы ничего не можем сделать против него. Мы не знаем, где он. Мы зависим от него, потому что он держит в руках семью Григория Александровича, — хладнокровно описал ситуацию Аркадий Семенович. — В любом случае нам нужно будет идти на встречу в субботу.
— И нести полтора миллиона долларов, — напомнил Резниченко.
— Да, и это тоже. Потом мы попытаемся проследить Шульца или его человека до места, где он держит вашу семью. А уж потом…
— Но это в том случае, если мы хотим силой освободить Ольгу и Светлану, — вмешался Кожин. — Мы будем делать именно так?
— Я хочу убить его, — твердо сказал Резниченко. — Я не позволю так обращаться с…
— Минутку, — перебил его Кожин. — Понятно, мы все хотим его убить. Но главное сейчас — спасти Ольгу и Светлану. Как мы это сделаем?
— Самый простой вариант, — предложил Аркадий Семенович, — платим ему деньги — ведь его интересуют только деньги? Он отпускает вашу семью, ну а уж после этого мы делаем что хотим. Руки у нас развязаны.
— Да, в этом случае риск для них минимальный, — согласился Кожин.
— Маленькая проблема. У меня нет трех с половиной миллионов долларов.
— А ведь их обязательно придется отдавать, иначе… И первый срок уже в субботу, — мрачно сказал Кожин. — А ты не можешь одолжить?
— Первый раз слышу, чтобы кто-то пытался одолжить три с половиной миллиона долларов, — усмехнулся Аркадий Семенович. — А сколько вы сможете собрать до субботы?
— Практически ничего, — покачал головой Резниченко. — Я вчера отдал ему четыреста тысяч. Это все, что я смог снять со своих счетов, не привлекая особого внимания.
— А почему ты не хочешь попросить помощи у Тарасова? — задал Кожин давно волновавший его вопрос. — Деньгами или так… людьми. У него есть такие ребята, что любого Шульца из-под земли достанут.
— Я ни словом не заикнусь ему, — сказал Резниченко. — Он не станет мне помогать. Он использует этот случай, чтобы подставить меня. Не знаю как, но он обязательно подставит меня и вышвырнет из дела. Я останусь нищим. Поэтому я не могу тронуть свои деньги, которые лежат в «Грот-банке», не могу продать «гротовские» ценные бумаги. Он сразу все узнает.
— Значит, дело упирается в деньги?
— Нет, я могу, конечно, продать свои машины. Но в самом лучшем случае я не получу больше трехсот тысяч. Что еще? Продавать квартиру? До субботы я не успею набрать и полумиллиона.
— У вас есть деньги за границей? — спросил Аркадий Семенович.
— Есть. Но перевести их в наличные…
— Да. Тоже требует времени. Чеки он не возьмет. Особенно в первый раз, в субботу, когда он все еще будет ждать подвоха. Полтора миллиона в субботу вечером должны быть самые настоящие. Иначе он начнет психовать.
— У меня есть идея, — подал голос Кожин.
— Поделись, — невесело предложил Резниченко.
— Позаимствуй деньги у Тарасова.
— Я же тебе объяснял…
— Нет, ты не понял. Возьми их у него так, чтобы он не заметил.
— Из кармана, что ли?
— Почти. Из хранилища центрального отделения «Грот-банка».
— Ты спятил?
— Нет. Ты же официальный глава всей этой шайки-лейки…
— И не только официальный, — поправил Кожина Григорий Александрович.
— Вот именно. Ты можешь свободно ходить по всем помещениям банка. Ты можешь зайти в хранилище. Ты можешь забрать оттуда деньги. А я могу постоять на стреме.
— И у вас в хранилище есть полтора миллиона наличными? — заинтересовался Аркадий Семенович.
— Ну не полтора… С учетом рублей там будет тысяч семьсот-восемьсот долларов. В среднем бывает так.
— Прилично. И вы их действительно можете оттуда забрать?
— Теоретически да. Хотя будет тяжеловато. Но не в этом дело — это все обнаружится через полчаса, как только в хранилище зайдет кто-то из служащих банка. И Тарасов через пятнадцать минут размажет меня по стенке.