Проснулись дети — и в кухню босиком вбежала Зара, тут же метнулась к отцу. Обняв её, он усадил девочку на колени. Разговор взрослых прекратился. Яна отправилась в спальню, чтобы одеть Марьяшу, а затем принялась помогать матери с приготовлением еды.
Вскоре пришёл с работы Евгений Иванович. Переступив порог квартиры и услышав голос Саида, он удивлённо вытаращил глаза — не почудилось ли ему это. Марина подтвердила кивком, что он не ослышался. На щеках Евгения заходили скулы, но жена жестом призвала его сохранять спокойствие. Переодевшись, Евгений заперся в ванной. Когда же, наконец, он появился в кухне, Саид встал и протянул хозяину руку, но ответного рукопожатия не дождался. Буркнув что-то маловразумительное, глава семьи стал деловито выкладывать на стол купленные днём продукты. Раскладывая их по полкам холодильника, он словно не замечал гостя. Почувствовав это, Саид ушёл с детьми в комнату. Марина Михайловна шёпотом спросила дочь, не будет ли она возражать, если Саид разместится в её спальне, откуда они уберут детские кроватки. Одну пока можно поставить в гостиной, рядом с диваном, на котором придётся ночевать Евгению, а Марьяшкину она предлагает разместить рядом с кроватью отца, на которой теперь будут спать Марина и Яна. «Передислокацию» провели сразу же после ужина, что явно не понравилось Саиду. Он стал что-то возмущённо выговаривать Яне, размахивая руками, глаза его загорелись злым огнём. Но тут вмешался Евгений и поднёс к носу Саида крепкий кулак:
— Что ты здесь забыл после всего, что произошло между вами в Карачи? Не получишь Яну, не надейся! Раньше надо было думать! Только попробуй ещё раз крикнуть на мою дочь, пожалеешь, что на свет родился! — Глаза у обоих сверкали, скулы на лице двигались, выдавая крайнюю степень раздражения. Марина кинулась между мужчинами.
— Женя, ради бога!.. Саид, ты должен понять, что всего, что произошло между вами с Яной, уже не исправить. И не обижайся! Мы не отказали тебе в гостеприимстве, раз уж ты приехал без предупреждения, хотя нужно было это согласовать с нами. Так вот, сегодня ты переночуешь здесь, а завтра отправишься в одну из съемных квартир, неподалёку отсюда. Я дам адрес и телефоны — выберешь, что больше тебе понравится. И запомни: Яна тебе больше не жена! Раз уж ты приехал повидать детей, приходи хоть каждый день, общайся с ними!.. И только! Когда отправляешься назад?..
— Через неделю.
— Вот, и хорошо. Но завтра тебя здесь быть не должно. А сегодня, пожалуйста, успокойся, отдыхай после дороги. Нам не нужно становиться врагами, если хочешь и в дальнейшем навещать детей.
Саид ушёл в отведенную ему комнату и закрылся. А женщины, пока Евгений Иванович выгуливал собаку, постелили всем на новых местах.
Когда Марьяшка заснула, Яна перебралась на кровать матери. Марина Михайловна тут же пристала к ней с вопросами:
— О чём вы сегодня толковали с Саидом? У меня уже терпения не хватает, так хочется быть в курсе дела.
— Он начал втирать мне, что я сделала глупость, уехав. Стал упрекать, что для меня семья ничего не значит. Дескать, детей мне не жалко. А я ответила, что это бесполезный разговор, потому что уже ничего не вернуть, слишком многое встало между нами. Пусть скажет спасибо своей мамочке, ведь она теперь, конечно, счастлива — избавилась от меня, наконец! Я сказала ему, что уехала именно потому, что мне стало жалко детей. Ведь они — будущие женщины, а Пакистан это рай для мужчин. А женщину и камнями можно закидать, и выгнать в любой момент на все четыре стороны, просто под настроение. О женщину можно ноги вытирать, короче. А он стал убеждать меня, что, напротив, дамы в его стране живут, как королевы, не работают, только занимаются детьми да домом, что они всем обеспечены. Зато мужики пашут за двоих, чтобы в семье был достаток. Словом, старая песня!..
Упрекал, что я не задумываюсь о том, как можно в одиночку растить детей. Что я могу им дать со своим незаконченным высшим образованием? Вот с ним девочки были бы всем обеспечены и приучены почитать бога. Я сказала, что спасибо, мол, большое, я сама и подниму, и воспитаю дочек, пусть не сомневается в этом.
— А не спрашивал, где ты работаешь? Ты разве не сказала, что у тебя хорошая перспектива и профессионального, и карьерного роста, что это и есть залог того, что ни тебе, ни детям не придётся нуждаться?
— Спрашивал, конечно. А когда узнал, что это индийская компания, ехидно ухмыльнулся: мои надежды сделать карьеру — пустые, поскольку мужики-индусы ничем не уступают пакистанцам и никогда не допустят, чтобы женщина, да ещё иностранка, делала у них карьеру.