— Доченька, а ты представляешь себе, как мне увезти вас? Кто мне позволит это сделать?
— Я поговорю с Саидом, всё объясню ему, очень надеюсь, что он поймёт. Он, все же, более цивилизован, чем его мамаша.
— Яна, а как же сам Саид? Ты что, согласна расстаться с ним? А ваша любовь?..
— Ну… не знаю, надо как-то справиться с этим. Жизнь здесь, тем более без его поддержки, для меня совершенно невыносима и унизительна, понимаешь? Всему есть предел.
Марина лишь молча качала головой. Они ещё долго разговаривали. Яна жаловалась, что ребёнок здесь без конца болеет, одно утешение, что муж сестры Саида детский врач, и это как-то спасает положение. Но тут пришло время укладывать Зарочку спать, и Яна, пожелав матери спокойной ночи, ушла к себе. А Марина Михайловна ещё долго не могла заснуть, не видя выхода из создавшегося положения, не зная, что посоветовать дочери. Ей казалось, что не избежать серьёзного конфликта, который поставит под угрозу дальнейшие контакты матери и бабушки с полуторагодовалой Зарочкой. Ах, если бы раньше знать, в какие муки выльется этот брак!
Вырывает нас ветер странствий из земли, где годами рос, и бросает в порыве страсти там, где выжить — большой вопрос! Испытание за испытанием, всё чужое, куда ни кинь — без корней словно без питания. Дела нет до тебя, хоть сгинь. Ты пытаешься зацепиться и корнями вновь прорасти… А душа болит, как у птицы, что однажды сбилась с пути.
А душа летит к дальним далям, где земля любима до слёз, где росли и взрослыми стали.
Так и тает жизнь среди грёз.
Но ведь каково Яне жить здесь почти на правах рабыни?.. Может ли дальше так продолжаться? Вот влипли, так влипли! Что называется, по самые уши! Её голова разрывалась от этих мыслей.
Утром, приняв душ и наскоро позавтракав, Марина, доставленная Саидом к отелю, окунулась в новый день, полный хлопот, коммерческих сделок и… сомнений в своих способностях как новоявленной бизнес-вумен. Путь назад уже был отрезан! За два дня активного шопинга её гостиничный номер заполнился множеством товаров. Всё это время Марина Михайловна училась у Нади, где найти мешки для упаковки, как правильно уложить всё закупленное, как убедиться, что нет брака… Словом, её день был до предела заполнен хлопотами, новыми впечатлениями. Деньги, взятые Мариной на покупки, уже закончились. Товар был упакован в огромный мешок и теперь ждал отправки с такими же «баулами» других «челноков». Руководил отправкой глава «тургруппы», оплата этой услуги входила в стоимость путёвки.
До отъезда оставалось ещё два дня, и Марина могла провести оставшееся время в доме Саида. Однажды, когда в послеобеденный час она отдыхала в своей комнате, в дверь громко постучали.
— Come in, please! — сказала Марина. На пороге стояла Янина свекровь. Она была явно чем-то возбуждена, глаза её метали молнии. Женщина кивнула, приглашая следовать за ней. Марина в недоумении пошла за сватьей. Когда они вошли в спальню Яны, Марина увидела, как сёстры Саида что-то недовольно выговаривали её дочери, а она, стоя на кровати на коленях, истерично билась головой об изголовье и, рыдая, что-то повторяла за ними, мешая английские слова с урду. На свою мать она даже не обратила внимания, словно была не в себе. Свекровь, торжествуя, воззрилась на Марину Михайловну, словно говоря ей, полюбуйся, что вытворяет твоя дочь.
Марина стояла в оцепенении, пытаясь вникнуть в ситуацию, но так и не смогла разобраться. Нет, она не бросилась к Яне со словами успокоения, боясь тем самым навредить ей, ведь не была известна причина скандала. Никогда прежде с её дочерью не случалось такого. Она была всегда доброжелательным, спокойным и очень ласковым человеком, не по годам рассудительным. Постояв несколько мгновений, Марина молча развернулась и покинула комнату. Закрыв за собой дверь своей спальни, она упала на кровать и разрыдалась, глуша рыдания подушкой… Саид в это время был на работе и, естественно, не подозревал о том, что происходит в его доме.
Спустя некоторое время Марина умылась прохладной водой, чтобы скрыть следы слёз, и усилием воли взяв себя в руки, стала ждать, когда Яна сама расскажет ей о причине конфликта.
Это случилось ближе к вечеру Яна зашла к ней, бледная, с кругами под глазами.
— Детка моя! Наконец-то! Места себе не нахожу! Что случилось? Что они тебе сделали? Довести тебя до такого — это ведь как нужно было постараться!