Смеются, кивают.
А сам я думаю: слишком мало времени у тех, кто такое делает.
К вечеру все начали расходиться.
Я вернулся домой, включил компьютер и попытался поработать.
Открыл заказ — видео с детского праздника.
Весёлые лица, музыка, хлопушки.
Через три минуты поймал себя на том, что уже снова читаю новости о LightFire.
Закрыл вкладку.
Через две минуты открыл снова.
Алгоритм победил.
Позвонила Алина.
— Ты видел, да? — спросила без приветствия.
— Видел.
— Не лезь туда. Это всё чушь.
— Я просто смотрю, — ответил я. — Профессионально.
— А почему тогда говоришь так, будто собираешься на свидание?
— Просто устал, вот и голос странный.
— Береги себя, ладно?
— Постараюсь.
Она отключилась.
И в комнате снова стало слишком тихо.
Я закрыл ноутбук и сел у окна.
Трамвай звякнул за домом, капли ползли по стеклу.
В отражении я видел своё лицо и тёмный монитор позади.
Казалось, кто-то сидит в этом отражении и ждёт, когда я всё-таки включу свет.
Время тянулось липко.
Я заставил себя приготовить еду, убрал на столе, снова открыл ноутбук — и сразу выскочило окно напоминания:
“LightFire — начало трансляции через 10 минут.”
Я усмехнулся. Даже браузер знает, чем я займусь вечером.
Заварил кофе, протёр экран.
Сказал себе: «Смотрю только как специалист».
Для надёжности взял блокнот и ручку, будто собирался делать заметки.
В 19:59 в правом углу вспыхнула надпись: LIVE.
Первые кадры — идеальные.
Тот же фон, та же чашка, те же мягкие тени.
Только баланс белого чуть смещён — холоднее, чем раньше.
Профессионал бы заметил.
Обычный зритель — всё тот же человек, которого они когда-то хоронили.
Артём говорил медленно и спокойно:
— Я обещал сюрприз. И вот он.
Пауза.
— Это игра. Настоящая. Без фейков, без актёров. Победитель получит всё.
Голос — ровный, без прежней харизмы.
Слишком аккуратный. Как будто его поставили на штатив.
Он объяснял правила: участники выполняют задания, ведут трансляции, получают деньги.
Чем больше просмотров — тем выше награда.
Простая формула.
Алгоритм вместо мистики.
Я слушал и ловил детали: дыхание, отражения, тени.
Ни одной ошибки, ни одной “склейки”.
Если это монтаж — он совершенен.
Если нет — ещё страшнее.
В конце он произнёс:
— Заявки открыты. Первые туры начинаются сегодня.
На экране появился QR-код — тот самый, что на баннере.
Я застыл.
Сердце билось, как курсор, мигающий на пустом поле.
Рука сама потянулась за телефоном.
Просто проверить, как работает форма.
Сканирую.
Страница открывается:
LightFire Challenge — регистрация участника.
Никаких шуток, никаких всплывающих окон с розыгрышами.
Всё аккуратно: логотип, поля для имени, почты, банковской карты (для выплат, как указано), галочка согласия с условиями.
Слева счётчик: «Участников: 2413», мигает, растёт.
Я читаю условия:
«Участие добровольное.
Нарушение правил лишает права на вознаграждение.
Минимальный фикс — 10 000 рублей за выполнение.
Дополнительный коэффициент — по просмотрам прямой трансляции.»
Десять тысяч.
Сумма, которой мне хватило бы закрыть половину аренды.
Кофе остыл.
Я смотрю на него и думаю: ну и что страшного в регистрации?
Это ведь не прыжок с крыши. Просто анкета.
Заполняю.
Имя — Никита.
Ник — Montager.
Почта, пароль, карта.
На секунду зависаю над кнопкой «Отправить».
Пальцы будто не мои.
Щёлк.
Страница моргнула и выдала сухое:
Поздравляем. Этап 1. Инструкции поступят на почту до 23:20.
Под текстом — строка:
«Соблюдайте правила безопасности. Прямая трансляция обязательна.»
Я сижу и чувствую лёгкий жар в груди — не страх, а что-то вроде облегчения.
Как будто сделал важное дело.
Смешно.
Время до полуночи растянулось.
Я проверил телефон, зарядку, интернет.
Открыл карту города — просто чтобы убедиться, что «ночной парк» существует.
Существует, конечно.
Всю жизнь проезжал мимо.
В голове мелькнуло: а вдруг задание будет там?
И сразу отбросил — чушь, совпадение.
Около десяти позвонил сосед:
— Никита, ты не в теме этой игры?
— Нет.
— Жаль. Я бы посмотрел, как ты там камеры ставишь.
— Спокойной ночи, — ответил я и отключился.
Проверил почту — пусто.
Рабочие переписки, спам, рассылки.
Только старое письмо от LightFire с ссылкой, которое я так и не открыл.
Теперь их уже два.