- А я думала, господа гусары любят, чтобы было гладко. Чтобы ничего не мешало.
- В нашем полку другие традиции. И нам ничего не мешает.
Стас наклонился и развел пальцами ее возбужденно набухшие губы. Между ними блеснула крупная прозрачная капля, и он жадно слизнул ее, наслаждаясь острым горьковато-соленым вкусом. Промелькнуло бледное – как вспомнил этот вкус, когда был с Лялечкой. И тут же исчезло, словно смятую бумажку ветер унес в черноту ночи. Это – другое. Ничего общего!
Он проникал в нее языком, пальцами, ласкал клитор, промежность, чутко наблюдая за ее реакцией. Алена лежала, закрыв глаза, часто дыша приоткрытым ртом, по ее телу пробегала крупная дрожь. Доведя почти до оргазма, Стас останавливался и начинал легко поглаживать ее грудь, живот, внутреннюю сторону бедер. Но с каждым разом разочарованные, нетерпеливые стоны Алены становились все громче, а паузы – все короче.
Когда он убрал руку в очередной раз, ее лицо исказилось такой мукой, что он не стал больше ждать. Уперся коленом в край кровати, приподнял ее ягодицы и вошел, заполняя собою. Всего одно, два движения – и она застонала, содрогаясь всем телом. Остановившись на секунду, Стас сменил позу. Он поддерживал Алену под поясницу, так, чтобы член, входя во влагалище, касался клитора.
Это была его коронка – довести женщину почти до оргазма предварительными ласками, а потом заставить ее испытать удовольствие хотя бы дважды. К его удивлению, многие, даже вполне зрелые дамы, до встречи с ним не подозревали, что такое вообще возможно. Довести женщину до экстаза, не используя основной инструмент, - в этом он был мастер. Пальцы, губы, язык – многим это нравилось даже больше классики, хотя бы той же Инке. Черт, самое время о ней вспомнить!
Что касалось его самого… Ну что ж, он бы не отказался от хорошего минета, но… Сапожник, ясное дело, без сапог. Случалось когда-то такое в его жизни… раза два… давно… Не проститутку же приглашать, это уж совсем было бы смешно. А Алена действительно ничего не умела. Но он знал, как ее научить. Если будет время…
Сдерживать себя столько, сколько нужно, чтобы партнерша добралась до страны Оз, Стас тоже умел на золотую звездочку. Это было искусство – не перетянуть. Особенно с ее вторым, а то и третьим оргазмом. Темп-ритм, плюс всякие особые штучки. Первый – легко, на одном желании-возбуждении. Дальше – исключительно скилл. Арс аманди. Высший пилотаж – когда оргазм идет несколькими волнами, которые накладываются одна на другую, причем не ослабевая, а усиливаясь. Но для этого надо знать анатомию партнерши, ее реакции, с первого раза такое не получится, если вообще получится.
У женщин, с которыми Стас имел дело, не было нужды имитировать оргазм. Если они вопили и выгибались дугой, как во время обряда экзорцизма, значит, так реагировало их тело. Но он знал и другие признаки подступающего оргазма, о которых мало кому известно. Легкие судороги в ногах, больше похожие на дрожь, от щиколоток вверх. Резко участившееся дыхание. Едва заметно пульсирующий клитор. И – та-дам! – короткий, как выстрел, спазм мышц влагалища, который тащит за собой волну по всему телу. А уж кончить одновременно – это как резонанс, который усиливает наслаждение обоих.
Отдышавшись, Алена сказала, покусывая губы:
- Всем господам гусарам – по ордену.
- Господин полковник издаст приказ, - придерживая резинку, Стас выбрался на волю. – А пока давай собираться.
- Принеси мне очки из сумки, пожалуйста, - попросила Алена и пошла в ванную.
Пока она мылась, он поставил чайник и пожарил яичницу. Потом быстро сполоснулся сам, вышел в шортах и майке. Алена сидела за столом и щурилась в тарелку.
- Очки надень, - сказал он, наливая себе кофе. – Не видишь, что ешь.
- Я в них страшная, - пробормотала Алена.
- Ну-ка, - он сам надел их ей на нос. – Твою мать, снимай, ты похожа на сексуальную училку. Извини, но у меня уже встало.
- Ты ненормальный, Стас, - засмеялась она. – Тебя прет от очков, детских трусов и шерсти на одном месте.
- А тебя от чего?
- Если я начну рассказывать, ты точно опоздаешь, куда там тебе надо. Кстати, а почему гусары? Я вчера… или позавчера? В общем, думала об этом – что уже не узнаю.
- Я тебе в другой раз расскажу, ладно?
Алена словно о камень споткнулась.