- Вот-вот, согласия. Это значит, что она сама согласна трахнуться. С тем, с кем захочет. А не с тем, кого за деньги подсунула чокнутая мамаша. Еще раз: зачем?
По щекам Инны текли слезы.
- Мне было как раз пятнадцать. Я была влюблена. Думала, что все будет как в кино. А получилось… В грязном подвале, грубо, больно, ужасно. Мне потом даже подумать было противно, что можно с кем-то…
- Но ведь прошло же? Не похоже, что сейчас тебе очень противно. И потом, почему ты думаешь, что с твоей дочерью будет так же? Поговори с ней, расскажи, объясни, что…
- Я не хочу, чтобы с ней произошло что-то подобное, - перебила его Инна. – Кто в этом возрасте слушает родителей? Она выслушает и подумает: ты, мать, сама виновата, а со мной ничего подобного случиться просто не может, я другая, я особенная. Знаешь, у нас с ней не настолько близкие отношения. Но мне хочется, чтобы у нее все было красиво, безопасно. Чтобы она потом вспоминала этот первый раз как что-то волшебное.
- Ты ненормальная, - покачал головой Стас, застегивая пуговицы рубашки. – Скажи, пожалуйста, если я откажусь, ты ведь не угомонишься? Найдешь кого-то другого?
Инна молчала, и это молчание было красноречивее любых слов. Вдруг она посмотрела на часы и вскочила, как ужаленная.
- Уже три. Алена скоро должна прийти из школы.
- Да, мы сегодня задержались, - Стас быстро вышел в прихожую, всунул ноги в ботинки, потянулся за пальто.
- Стас? – Инна стояла в дверях, уже в кимоно.
- Я подумаю, - поморщился он, схватил шарф и вылетел на площадку.
Лифт где-то завис, и Стас спустился по лестнице, крепко матерясь вполголоса. Вышел из парадной и остановился у машины, пытаясь нашарить в кармане ключи. Кто-то толкнул его, задев плечом.
Обернувшись, Стас увидел девчонку в розовой куртке, высокую, тощую, нескладную. Длинные волосы неровными прядями свисали из-под надвинутой на глаза шапки. За спиной рюкзак, в ушах наушники, стекла очков в мелких каплях дождя.
- Простите, - буркнула она, и Стас заметил на ее кривых зубах брекеты.
Девчонка подошла к парадной, из которой он только что вышел, приложила к замку домофона таблетку.
Мать моя женщина, подумал Стас, если вдруг это Инкина дочь, тут даже вагон виагры не поможет. Надо лет пять без бабы прожить, чтобы на такое пугало встало.
1.
Два года спустя
- Лиза, блин, ну тебе что, трудно? – Света возмущенно смотрела на старшую сестру. – У человека день рождения, в конце концов.
- Вы хотите, чтобы меня отсюда под жопу поганой метлой вымели? – вскинула тонкие брови Лиза. – Был план нажраться – могли это и дома сделать. Скажите спасибо, что я вообще вас в обход провела, а то стояли бы на улице. Это у нее день рождения, а вы две еще несовершеннолетние.
Алена страдальчески поморщилась. Да, Светка обещала, что все будет по высшему разряду. Клуб, музыка, выпивка. Но ей совершенно не хотелось, чтобы у Лизы из-за них были неприятности. Она посмотрела на Галю, но та только плечами пожала.
- А если я родителям про твой институт расскажу? – сладко пропела Света, прищурившись по-кошачьи. – Который ты еще осенью бросила? Наверно, им очень понравится, что ты их денежки своему Славику отдаешь. Чтобы он кредит за тачку выплатил.
- Вот ведь сучка! – побагровела Лиза, да так, что свекольно полыхнуло даже из-под низко расстегнутой на груди белой блузки.
Алене показалось, что Светкина сестрица сейчас выгонит их ко всем чертям, но та стояла, покачиваясь с пятки на носок, глубоко засунув руки в карманы черных брюк, и только смотрела на них по-змеиному. Потом резко повернулась и ушла.
- Не боись, девки, все будет, - подмигнула Света и запустила обе пятерни в короткие темные волосы.
Алена подумала, что та явно переборщила с гелем или пенкой. Пряди склеились и торчали дыбом, как шерсть у черта. Впрочем, вполне так симпатичного черта. В каждом ухе у Светки болталось штук по пять колечек, на крыле носа и на брови льдисто поблескивали бусинки пирсинга. Черные атласные брюки туго, до писка, облегали узкие бедра. Кожаная жилетка, из-под которой нахально выглядывал лифчик, оставляла открытыми руки, испещренные инфернальными татуировками. Без сомнения, из их троицы Света Байкалова всегда привлекала самое пристальное внимание. И вряд ли кому-то в голову могло прийти, что эта отвязная девица окончила школу с золотой медалью и с блеском поступила в Первый мед. А еще Света была убежденной девственницей и с невинностью собиралась распрощаться в первую брачную ночь, не раньше.