– Помнится, некий виртуал отказался играть в мои грязные политические игры.
– Я считаю, что они имеют непредсказуемые последствия. Все закончится тем, что ты просто будешь стерт какой-нибудь защитной программой модельеров.
– А вот это вряд ли, – усмехнулся Бит. – Позволь мне самому позаботиться о себе и своем деле. Мне нужен твой официальный идент, чтобы я включил его в реестр запроса. Количество виртуалов на текущий момент превышает количество биологических людей в десятки раз. Забавно, что они все еще считают нас либо рабами, либо лунатиками, которые погрязли в своих компьютерных мирках. Наступает новое время. Я могу использовать твою цифровую подпись в обмен на мою услугу?
– Да.
Бит с любопытством наблюдал за ним.
– Честное слово, если бы ты родился человеком, я бы заподозрил, что тебе знакомы ощущения, которые возникают в головном мозге под влиянием тех или иных химических реакций. Иногда мне кажется, что ты способен моделировать эти ощущения на цифровом уровне. Это странно. О чем будешь просить?
– Я хочу попытаться подключиться к головному компьютеру ОИД.
– Твоя программа случайно не поражена вирусом? – удивленно спросил Бит. – Ты же знаешь, что это невозможно. Даже если бы я достал пароли для подключения, ты был бы стерт практически сразу после того, как попал туда.
– Достань мне пароли. О моей судьбе не стоит беспокоиться.
– А я беспокоюсь, – отрезал Бит. – Если ты умрешь, я не смогу использовать твой идент. Я могу согласиться, но только цена такой услуги возрастет. Во-первых, ты поставишь программу самоуничтожения. Если кто-то попытается тебя допросить, ты обязан себя стереть.
– Согласен.
– Не перебивай меня. Во-вторых, мне недостаточно твоего идента. Если ты полезешь в компьютерную сеть департамента, то тебя, вне всякого сомнения, уничтожат. У тебя есть только один шанс выжить там, но вряд ли ты обрадуешься, когда узнаешь, в чем он заключается. Так вот, мое второе условие состоит в том, что ты отдашь мне свой идент задолго до подключения к сети департамента. Я продам его какому-нибудь виртуалу, который был рожден в Сети. Ты же знаешь, что современное общество не признаёт их.
– Но ведь тогда я буду все равно что мертв, – дрогнул Лес.
– Ты и так умрешь, когда полезешь туда, – невозмутимо ответил Бит. – Подумай над моим условием. Конечно, это отсроченное самоубийство. Сначала ты исчезнешь для всех, но чисто формально. Твоя память и возможности останутся, но их нелегко будет использовать неопознанной бродяжке. А потом ты умрешь окончательно. Это условия сделки, которые не обсуждаются.
Картинка с морем начала резко сворачиваться. Кровавый шар погрузился в пучину, уничтожив окружающее. Мир стал глухим и темным. Переговоры были завершены.
Феникс стоял около клумбы в парке, опустив голову, и задумчиво вертел в руках бумажный стакан.
– Операция сорвана, несколько сотрудников погибло. И что мне с этим делать?
– Феникс, ты же понимал, что это риск, когда мы отправляли туда людей. – Клекс не смотрел на своего начальника, нервно покусывал губы.
– Понимал, но все же надеялся. – Феникс отхлебнул горький кофе. – Я до последнего верил, что нам удастся схватить его. Грызуны вытащили на свет свою запись. Теперь не может быть и речи о том, что в этом деле виновата внутренняя разведка. Конечно, тот факт, что убийцей Кота оказался сотрудник их службы, несколько поубавил их пыл, но большая часть вины будет лежать на нашей службе.
– Ты не думаешь, что все это могло быть чьей-то провокацией? – Клекс в упор посмотрел на Феникса. – В конце концов, нельзя исключать и этот вариант.
– Я вполне допускаю такое. Но это не меняет сути дела – нам необходимо поймать убийцу.
– Мне очень жаль. – Клекс отвел взгляд. – Он погиб. Придется мне СЛУЧАЙНО опознать в нем человека с записи грызунов.
Феникс замер, пытаясь осмыслить информацию, просчитать альтернативные варианты.
– Не сохранилась ли карта памяти головного мозга? Нам нужна хоть какая-нибудь зацепка.
– Просто признай свою ошибку. Ты прекрасно знаешь, что людям Сокола проще навсегда лишиться жизни, чем попасть в лапы модельеров. Естественно, ничего не осталось. Тебе придется забыть о своей гордости и признать, что мы упустили настоящего убийцу.
– Это волнует меня в последнюю очередь. – Феникс скомкал опустевший стакан и бросил его на землю. От удара упаковка начала потихоньку самоуничтожаться, съедая свои остатки изнутри. – Меня пугает, что мы до сих пор не знаем, что стояло за всем этим. Селена призналась мне, что связана с человеком Подполья, но я до сих пор не знаю причин убийств.