Больше недели он сидел дома, бесцельно смотря сериалы и играя в различные игры. Им овладела апатия, но он решил временно не возвращаться в альтернативный мир. В конце концов, все миры были по-своему одинаковы. Там его отталкивал Кай, теперь уже совсем чужой и незнакомый близнец, а здесь был Лес – виртуал, который, несомненно, погиб бы без него. Ирония бессмысленных попыток выбора между видами реальности заключалась в том, что иногда мы выбираем жизнь не ради себя, а ради кого-то. Стриж заказывал еду, платил по счетам, читал новости. Сердце продолжало гнать кровь по венам, а тело продолжало любить теплую воду и запах горькой травы. Очередным утром по сложившейся за последнее время привычке он сидел на полу и просматривал новостную ленту. На экране появилось изображение горящего здания. Очередной теракт. Миловидный виртуал суматошно размахивал руками, указывая на пожар. Звука не было, но это не мешало воспринимать информацию – внизу бежал телетайп. – Сегодня на окраине сектора С был совершен террористический акт. Погибло пятьдесят семь человек, сто сорок два человека доставлены в больницу с ранениями средней тяжести. По неподтвержденной информации, данное преступление было совершено группировкой серокрылых в знак протеста против голосования относительно поправки Джебса, которое состоится сегодня днем в объединенном информационном департаменте. Напоминаем, что месяц назад инициативная группа направила запрос в ОИД о внесении поправки в действующие законодательные акты с целью расширения прав виртуалов. Согласно поправкам виртуалы должны получить юридические права наряду с обычными биологическими копиями. Как сказал Виртум, лидер партии виртуалов: «Нас слишком много, и мы слишком умные, чтобы не принимать нас в расчет. Человек должен иметь одинаковые права на осуществление своих свобод независимо от того, кто является носителем его индивидуальности – технологическая или биологическая копия». Согласно опросам шоуменов данная инициатива вызвала позитивную реакцию населения. Большинство граждан считает, что излишне строгий режим ограничений, введенный для виртуалов поправкой Джебса, является аномальной и даже позорной для развития цивилизации в целом. Другая часть общества не стремится отказываться от своих слуг в лице виртуалов, что свидетельствует о том, что даже на текущей стадии развития общества все еще можно встретить людей, страдающих виртуалофобией или готовых к варварству в виде рабства для людей с ограниченными правами. Напоминаем, что на сегодняшний день количество виртуальных копий превысило количество биологических копий в среднем в девять раз… На экране продолжал бушевать пожар. Какие-то люди куда-то бежали, кто-то что-то кричал. Но Стриж перестал следить за событиями. – Лес, ты в курсе новшеств в нашей политике? Лес появился рядом: – Да. Сегодня состоится голосование в департаменте относительно поправки Джебса. – Голосование? – Стриж с удивлением посмотрел на него. – Ты хочешь сказать, что эта инициатива дошла до голосования? Я, конечно, слышал о подобных запросах и раньше, но ни разу не видел такую информацию в открытых источниках. Лес не отреагировал. – Голосование… – Стриж поднялся. – Даже обидно, что нет никаких шансов на то, что оно пройдет успешно для виртуалов. – Ты в этом уверен? – поинтересовался Лес. – Может, тебе стоит прогуляться до департамента? – Что я там забыл? – Стриж нахмурился и снова сел среди подушек. – Тебе совсем не интересно? – Лес вдруг захотел, чтобы Стриж начал делать хоть что-то, неважно что, лишь бы не продолжал сидеть дома, погружаясь в глупую нирвану бессмысленных игр. Он начал бояться, что его хозяин превратится в обычного виртуального аутиста. – Голосование… – повторил Стриж. – Да ведь и так известно, чем все закончится. Он упал на спину и уставился в потолок. Лес смотрел на него и молчал. Он догадывался, что должен хотя бы попытаться вытащить Стрижа из того состояния, в котором тот находился, но не имел ни малейшего представления, как это сделать. Сеть советовала не вмешиваться до тех пор, пока нет реальной угрозы физическому телу. К его удивлению, молодой человек поднялся, бросил подушку и неохотно направился в коридор. Он ничего не говорил. Лес тоже молчал, боясь, что Стриж передумает. Но тот не передумал. Он вышел из дома и побрел в сторону площади. На улице не происходило ничего интересного. Вокруг, как всегда, рябила толпа, наряженная и украшенная с помощью экзотических аватаров, мелькала реклама, пели и кричали рекламные ролики на окружающих домах. Почти сразу же у него разболелась голова. Он принял лекарство и с тоской отключил функцию дополненной реальности. Мир стал серым и безликим. «Я и забыл, насколько этот мир плоский и скучный без сети. Какое пыльное и бессмысленное лето… – думал он. – Зачем я вообще вышел из дома шататься в такую жару? Ах да… Лес… Он наверняка хотел бы узнать, что происходит в департаменте. По новым поправкам обычно голосуют после обеда. Я вполне успею». Стриж свернул в ближайшее каф