Кицунэ выглянула из окна машины. Она нервничала. Рядом с ней сидел молодой оперативник лет девятнадцати. Он был спокоен и сдержан, словно каждый день участвовал в подобных операциях, хотя это, конечно, было исключено. Его отдел почти никогда не привлекался к таким мероприятиям. Стриж вышел из машины недавно, но, казалось, прошла целая вечность. Минуты тянулись бесконечно. Не выдержав, она повернулась к оперативнику: – Хацки, мне надо выйти. Он с тревогой посмотрел на нее: – Ты же знаешь, тебе нельзя далеко уходить. Если ты отойдешь на несколько метров, помехозащитное поле перестанет действовать. Любая система наблюдения мигом тебя вычислит. – Я не собираюсь уходить далеко. Мне просто надо чуть-чуть подвигаться. Иначе я сойду с ума. Она выскочила из машины. Хацки посмотрел на нее неодобрительно. Он и так был крайне недоволен тем, что ему навязали эту девицу, а теперь еще приходилось терпеть ее выходки. К тому же он нервничал не меньше, но не мог позволить себе такой роскоши, как проявление своих чувств. Кицунэ стала кружить около машины, пытаясь хоть как-то унять тревогу. Ничего не помогало. Зачем они послали его туда? Ведь он не сможет заставить Феникса говорить. Тот слишком умен, чтобы раскрыть себя, и у Стрижа нет никаких шансов, чтобы захватить его врасплох! Или есть? Ее сердце учащенно забилось. Как бы поступила я, если бы была на месте Феникса? Естественно, я бы арестовала нелегала. Это самый простой вариант. Но почему он не сделал этого тогда, в парке? Просто не успел? Если подумать, в текущей ситуации арест не выгоден. После попытки убийства Стриж не может быть допрошен только сотрудниками внешней разведки. Феникс перестанет быть нейтральным лицом и утратит право вести это дело. Конечно, он устранится от допросов лично и передаст все своим людям, но внутренняя разведка быстро вмешается в процесс, учитывая обстоятельства. При таком раскладе для него есть риск попасть под перекрестный допрос. Риск этот не слишком велик, но определенно будет мешать текущей деятельности. А это ему вряд ли понравится. Он может отпустить Стрижа. Тогда того арестуют грызуны. Этот вариант чуть проще. Нет попытки убийства – нет и расследования. Но опять же, это неудобно. Стриж передаст запись Кипариса, и начнется расследование воровства идентификаторов. Думаю, вариант, когда провокация Стрижа удастся, можно сразу исключить. «Вы рискуете его жизнью», – неожиданно вспомнила она. Да нет, он не будет его убивать. Ведь Стриж ему ничем особо не угрожает. К тому же запись уже у грызунов. Ее руки вспотели. Она с ужасом посмотрела на них. Но ведь его так легко убить. Он проник в дом руководителя службы внешней разведки. И он нелегал. Любой агент может использовать оружие в подобной ситуации. Конечно, Феникса будут допрашивать, но, учитывая текущий статус руководителя СВР, дело закроют почти сразу. Вот только ему придется убить Стрижа каким-то специфическим способом, чтобы у того не было никаких шансов воскреснуть. Как он сможет объяснить это? Впрочем, такой, как он, без сомнения, выкрутится! Тогда Стрижа нельзя будет использовать как свидетеля, который подтвердит, что запись о воровстве идентов напрямую связана с убийством Кипариса и последующими смертями. Этот бестолковый мальчишка специально отказался давать свидетельские показания до операции. Надо было настоять на его перехвате при повторной встрече, а не ввязываться в эту авантюру! Она остановилась. Я не могу больше стоять тут. Не думаю, что этот человек шутил. Ведь он уже тогда знал, что Стриж придет. Кицунэ взглянула на машину. Молодой человек спокойно смотрел на дом. Если я пойду вдоль искусственной ограды, он не сразу заметит меня. Мне вовсе не хочется держать на руках мертвое тело друга и сожалеть об этом всю жизнь! Она осторожно отступила к ограждению, медленно подошла почти к самому дому, а потом бросилась вперед. Невозможно проникнуть в дом незаметно. У нее, правда, есть небольшое преимущество. Она может предъявить системе безопасности идент агента и спокойно войти. Система безопасности, вероятно, уже отправила соответствующий запрос Фениксу, но он мог и не прочитать его. Оказавшись в прихожей, Кицунэ выбрала направление наугад, надеясь, что интуиция не подведет ее. Она открыла ближайшую дверь и огляделась. Это была спальня. Кицунэ на мгновенье замерла, осматриваясь. Она никогда не задумывалась над тем, какая у Феникса может быть спальня, но почему-то была уверена, что она выдержана в духе минимализма. Но эта спальня была мягкой и уютной, с красивым призрачным светом от напольных светильников. Звучал тихий плеск волн. Создавалось ощущение, что находишься на загадочном побережье лунной ночью. Она покраснела и захлопнула дверь. Похоже, свернула не туда. Ну и какой извращенец делает спальню на первом этаже? Что за глупая идея? Она торопливо открыла еще несколько дверей. Каждый раз ее ждало разочарование. Все комнаты были пусты. Этот дом имел странную планировку. Большинство домов было устроено вполне стандартно: на первом этаже холл, гостиная, спортзал и кухня, на верхних этажах – кабинет, спальни, игротека и гостевые. Этот же дом не выдерживал никакой критики. Она тихо выругалась, открыв очередную дверь. На этот раз это была кухня. Здесь было светло, и она, вскинув оружие, осторожно вошла. Сделала несколько шагов и оказалась возле стола. На нем стояла чашка с ягодами. Они выглядели странно. Она взяла одну и понюхала. Похоже, настоящие, не напечатанные. Надо же… вот, значит, как он ужинает. Никогда не думала, что руководители служб получают так много. Живые фрукты и ягоды на обычный ужин – это нечто. Или это был не обычный ужин? Сзади раздался писк. Она резко обернулась. Это был всего лишь уборщик. Маленькая машинка перемещалась по полу и, весело попискивая, мыла пол. – О чем я вообще думаю? – рассердилась она. – Скоро совсем перестану соображать в этом дурацком лабиринте. Я слишком беспечна для человека, который перемещается по незнакомой вражеской территории. Совершенно потеряла концентрацию! Девушка грустно посмотрела вниз. Маленький робот увлеченно полировал ее туфли. Она почувствовал дурноту. Модель А семь. Она никогда не поступала в продажу. Пугающее место! Непонятные переходы, забракованные игрушки модельеров, странная еда… Слишком долго. Прошло так много времени.