— А вот у нас на завтрашний день назначена его помолвка с моей дочерью, — ушёл от ответа мистер Браун. — Кстати говоря, от своего имени приглашаю всех присутствующих здесь на церемонию, в церковь святого Патрика, в двенадцать пополудни. Прошу не опаздывать, джентльмены.
Участники совещания зашумели, заволновались. Холмс торопливо попытался произнести приличествующие случаю поздравления.
Джейкоб Браун, перекрывая общий шум, громко сказал:
— Итак, помолвка состоится, и молодой баронет сейчас отправится в мой дом в Роузвуде. А здесь, в поместье разместятся бравые ребята полковника Айронсайда, им помогут парни из нашей службы безопасности. Верно, мистер Поповкин?
В душе Айвена поднялась буря. Как, опять за него решают? Вновь распоряжаются его жизнью? Он, словно глупый барашек, пойдет под венец? И откуда, из дома новоявленного тестя? Как последний приживальщик?
— Джентльмены! Я хочу сделать небольшое заявление! Согласно статуту майората, владелец обязан ввести в дом мать будущего наследника майората, а никак не наоборот. Поэтому я остаюсь в поместье, а завтра ровно в одиннадцать часов прибуду в дом наречённой невесты, дабы почтительно просить её отца, либо кого-то из старших родственников, по её выбору, сопроводить её к алтарю нашей приходской церкви. И затем в церкви объявить о помолвке. Только так и никак иначе.
Все на некоторое время остолбенели. Примерно тот же эффект вызвала бы внезапно заговорившая статуя на террасе поместья. Первым нарушил тишину мистер Браун.
— Что ж мой мальчик, ты в своём праве. Решение принимаешь ты. Это твой дом. И это твоя помолвка состоится завтра в церкви святого Патрика.
— Но, джентльмены, а как же безопасность? И та диспозиция, которую мы недавно рассмотрели и приняли к исполнению? — произнёс наконец полковник Айронсайд.
— А диспозиция и не меняется. Только я буду находиться в поместье и в десять часов выеду к дому моей невесты.
— М-да... — выдавил наконец из себя Майкрофт Холмс, — это усложняет дело. Мистер Поповкин, вам приходилось охотиться на бенгальского тигра с живым ягнёнком? Знаете ли ягнёнок так потешно блеет — бе-бе. А вам остаётся только подстрелить тигра, когда он подойдёт слишком близко.
— Мистер Майкрофт, не забывайтесь. Вы у меня в гостях!
— Да нет, господин барон, — Майкрофт шутовски поклонился, будто не замечая, как Айвена покоробило континентальное обращение «господин барон», — я всего лишь припомнил один забавный случай из моей колониальной службы на Индостанском полуострове. Приношу свои извинения, если это кого-либо задело. Пойду, отдам распоряжения агентам. Ночь, судя по всему, будет весёлая.
И он, развязно насвистывая, направился к двери. Следом откланялся полковник Айронсайд.
— Ну, что ж мой мальчик, и я, пожалуй, тоже пойду... — Джейкоб зашёлся в приступе кашля, похлопал ладонью по столу. Нащупав стакан воды, отхлебнул, стараясь справиться с приступом. — День... хлопотный уж был... Завтра будет ещё хлопотней. А ты молодцом, Айвен, молодцом... Чувствуется характер. А то я уж совсем тебя за мебель хотел держать. Поповкин поедет со мной. А ребята, Джон и Джеймс, останутся при тебе. Вы, я вижу, притёрлись друг к другу.
Мистер Браун встал, долго искал в кармане платок, наконец, выудив, вытер потное лицо.
— Может, послать кого-нибудь за доктором? —предложил Айвен, видя, что будущему тестю не удаётся справиться с приступом.
— Нет... нет-нет, дорогой мой, не надо, — Джейкоб налил ещё воды из графина, залпом выпил. — Вот нельзя мне нервничать, и что доктор сделает? Скажет то же самое. А я сегодня изрядно переволновался. Да и последние дни неспокойные были. Но — мы ещё повоюем! — он порывисто обнял баронета и в сопровождении верного Поповкина вышел из гостиной.
Айвен остался один. Господи, сколько же всевозможных событий произошло за день, начавшийся с унылого серого утра?! Хотел уже кликнуть Эндрю, что бы тот зажег свет, но что—то остановило. Замер, прислушиваясь: поместье жило новой жизнью. Несмотря на поздний вечер, кто-то топал по коридору, на верхнем этаже перетаскивали что-то тяжелое, слышались голоса. На заднем дворе стучали молотки, громко переговаривались военные. Айвен подошёл к окну: яркий свет,звуки поспешно прогреваемого двигателя, рокот стимера раздражали. Задёрнув портьеры, прошёл к софе, тяжело опустился и стащил сапоги. Как же он устал за этот день, а завтра ещё и помолвка...
Упал на подушки и, видимо, задремал — знакомый хлопокзастал врасплох. Темная тень, заслонив огни Роузвуда, возникла перед окнами гостиной. Бесшумно открылись оконные рамы, звякнули портьерные зажимы, и фигура, в полусне показавшаяся Айвену темнее самой темноты, замерла на подоконнике. «Какая непростительная беспечность... Не закрыть окна...» — пронеслось вголове. Первое побуждение — со всех ног броситься к двери, но он сдержался, медленно сполз на пол и, порадовавшись, что снял сапоги, потихоньку продвинулся к дверям.