Глава IV
Именитые люди
Удаленность строгановских вотчин от центра Русского государства не только создавала определенные неудобства, но и давала некоторые преимущества, одним из которых была относительная независимость от событий, происходивших в Москве и около нее. Свержение царя Федора Борисовича Годунова и последующее воцарение самозванца Лжедмитрия Первого никак не отразились на жизни восточных окраин государства, так же как и крестьянское восстание 1606–1607 годов под руководством Ивана Болотникова. Ну разве что снизились объемы торговли на западе, но эта торговля не была основой строгановского благосостояния. Однако отсутствие угрозы не означало отстраненности от государственных дел. «Бедный и малонаселенный Пермский край с честью нес свои необычайные тяготы в тяжелые годы крестьянской войны и вражеской интервенции, – пишет Андрей Введенский в «Доме Строгановых…». – Пермская земля предпочитала при требованиях из Москвы о посылке ратных людей давать вместо людей деньги «для того, что им, Пермичам, ратные люди наймом ставятся дорого, против того втрое и больши». Когда правительство в мае 1607 г. потребовало выслать отряд в 70 человек, пермичи предпочли дать 420 руб. и в то же время отправляли в Сибирь 724 четверти муки ржаной, 183 четверти круп и толокна. Из доходов от продажи этого продовольствия они должны были внести правительству 117 рублей 22 алтына 4 деньги. В 1608–1609 гг. Пермская земля также должна была посылать деньги и ратников по требованиям Шуйского, которые передавались через Строгановых (!) из Сольвычегодска. Пермичи очень медленно готовили второе свое ополчение в 1609 г., что вызывает осуждение четырех братьев Строгановых, которое они высказывают в своей отписке устюжанам от 1609 г., января 20. Свое осуждение Строгановы строили на сообщении приехавшего из Перми человека Никиты Строганова – Шумила Швеца, который заявил своему хозяину, что «в Перми ратных людей не нанято ни одного человека, и пишут они, Пермичи, к нам и к вам на Устюг ложно, словом, а не делом, все ставят в откладку, чтоб им ратных людей не послати»… Отписки Строгановых и грамота самого царя Шуйского пермскому воеводе Акинфову и старостам помогли ускорению организации второго пермского ополчения… Помимо организации вместе с земскими людьми и местными воеводами ратных ополчений в Сольвычегодске и в Перми Строгановы формируют из населения собственных вотчин свои ратные отряды для правительства Шуйского. Жалованная грамота 1610 г., февраля 20, перечисляет конкретные действия Андрея Семеновича Строганова, впрочем, с его слов: «И объявлял нам свою службу, как вы нам служили и прямили, и поморские городы своим раденьем от воровства укрепили и многие городы и в Казань людей своих и наемщиков посылали, с тем чтобы в Казани и в иних городах стояли крепко и воровской смуте ни в чем не верили, и посыльщики ваши в городах всем людям оказывали, что божьим милосердием и пречистые Богородицы, и великих чюдотворцев заступлением мы Великий Государь на Московском государстве дал бог здорово…»
Велика была финансовая помощь, которую оказывали Строгановы царю Василию Шуйскому в 1608–1612 годах. В нашем распоряжении нет полных данных, поскольку сохранились далеко не все документы того времени, но и известные суммы весьма впечатляют. «По вычислению жалованной грамоты 1692 г., июля 25, Строгановым… – пишет Введенский, – только в годы междуцарствия и при Михаиле Романове получено московским правительством от Строгановых деньгами, жемчугом, сосудами серебряными, хлебом и солью то в виде добровольного дара, то в виде займа, то в качестве чрезвычайных налогов пятинных и запросных денег, солдатских и немецких кормов на общую сумму 428 706 рублей». По тем временам это баснословная сумма.
Надо сказать, что Строгановы заботились не только о государственном, но и о собственном благе. Если до поры до времени потрясения не докатывались до восточных окраин, то в начале 1613 года трехтысячный отряд польско-литовских интервентов под командованием полковника Якуба Яцкого разграбил Сольвычегодск, а затем осадил Великий Устюг. К счастью, хорошо укрепленный город оказался интервентам не по зубам, но вот окрестности они разорили подчистую. Во время вражеского нашествия Строгановы предпочитали отсиживаться в городах, избегая вести активные боевые действия за их пределами. Некоторые историки ставят им это в вину, но нужно принять во внимание отсутствие полководческого опыта, без которого активные действия против хорошо вооруженных и закаленных в боях интервентов вряд ли могли оказаться успешными.